Барахтаюсь в темноте словно пойманная на наживку рыба и не могу понять, почему так произошло? Где мы оступились? Я забыла закрыть дверь, ведущую в дом? Нападающий из нашего с Давидом прошлого? Но кто? Знаю, что муж расквитался со всеми врагами, оправив их на тот свет. А что, если муж занялся контрабандой оружия уже здесь, на острове? Нет, он бы не смог так поступить со мной...

Темнота вокруг не дает разглядеть человека, который хочет причинить мне вред, но каким-то шестым чувством понимаю, что в этот раз мне не выбраться. Слёзы наворачиваются на глаза, потому что внутри меня только-только зародилась новая жизнь. Я клялась себя беречь, обещала, что сохраню кроху, сделаю всё, что от меня зависит.

Пытаюсь кричать и звать на помощь, но пальцы так сильно сжимают мои губы, что это становится невозможным.

Липкий страх заставляет тело оцепенеть. Меня подхватывают на руки и куда-то несут.

Я сожалею, что так вышло. Я сожалею, малыш.

Начинаю вновь барахтаться в руках преступника. Наношу удары кулаками, вырываюсь, кусаю ладони. Бандит отпускает, и я падаю над обрывом в глубокую бездну, судорожно пытаясь ухватиться пальцами за воздух.

- Нет! Нет! Нет, пожалуйста!

- Тише, тише… Тише, малышка.

Резко открываю глаза и вижу перед собой Давида. Он гладит меня по волосам, нависая сверху и смотрит настороженным взглядом.

В комнате слабо горит ночник. Осматриваюсь по сторонам и часто дышу, ощущая, как сумасшедше колотится сердце. Это был сон. Мне всё приснилось, и никто на меня не нападал… В этот момент я начинаю плакать.

Давид притягивает меня к себе, а я утыкаюсь в его грудь лицом и пачкаю слезами белоснежную рубашку. Похоже, он только что вернулся домой и застал меня в таком состоянии.

Обвиваю руками его шею и громко всхлипываю. Боже мой, я чуть не поверила в реальность происходящего. Мне показалось, что криминальное прошлое моего мужа вновь вернулось в нашу жизнь.

- Расскажи мне, что тебе приснилось, - спрашивает спокойным голосом Давид, всё ещё поглаживая меня по волосам и спине.

- Меня выкрали. Опять. Было очень страшно, потому что показалось, что на этот раз я не смогу выбраться оттуда живой.

Давид приподнимает мой подбородок рукой и смотрит в глаза. Долго и проницательно, заставляя меня окончательно успокоиться. Он здесь. Он со мной. Он умер и воскрес ради нашего с ним спокойствия.

- Ничего этого не будет, Кать. Никогда не будет, поверь мне, - произносит твёрдым голосом. – Ты находишься в безопасности, а прошлое больше не вернется к нам. Я лично их всех убил.

Слабо киваю и обмякаю в его руках. Позволяю поглаживать себя под шёлковой сорочкой и быстро расстегиваю пуговицы на рубашке, чтобы поскорее прижаться к горячей коже моего мужа. Он прав: мы в безопасности, и я должна ему верить.