– Охни-нахни, – Пушинка скептически оглядывает «гостя».

Утомлённый разум не сразу вспоминает, что это дар одного из королей. Ну что могу сказать: он однозначно напомнил мне об обещании проверить государственные аппараты иных стран.

Похоже, император не оценил того, что дары мне унесли в его палатку.

Ответ на вопрос, как конь ничего не испортил, находится быстро: он и пол под ним покрыты незнакомыми печатями.

Коня мне только не хватало для полного счастья!

Зевнув, снова выхожу на крыльцо, оглядываю готовых последовать за мной гвардейцев.

– Подскажите, что мне делать с дарёным конём?

– Обычно дары убирают в сокровищницу, – бодро рапортует один из медведеоборотней.

М-да. В сокровищницу Арена к его цветам? Боюсь, он не оценит.

– …но можно и в зверинец, – продолжает гвардеец.

– Можете его забрать? Я отосплюсь и решу, что с ним делать.

– Да, конечно, леди Валерия, – всё тот же медведеоборотень кивком отправляет двух моих сопровождающих в башню.

Они выводят роскошного жеребца. Всхрапнув, конь радостно цокает копытами по дорожке. Цветные фонарики раскрашивают его в красный, зелёный, голубой…

Еле сдержав зевок, возвращаюсь в башню. На журнальном столике – три шкатулки: с браслетом, с бриллиантовым кольцом и с жемчужно-коралловым ожерельем. Моя личная сокровищница пополняется. Потом их уберу.

Позёвывая, поднимаюсь по лестнице. Надеюсь, на сегодня приключения и открытия закончились.  Ноги кажутся невыносимо тяжёлыми. Раскинув крылья, захватываю воздух в плен своей магии и заставляю поднять меня выше.

Взгляд привлекает золотистый свет оружия, отражающийся в приоткрытых дверях жёлтой гостиной.

Приземляюсь на лестничную площадку и, не дожидаясь Пушинки, вхожу.

Маленький пистолет похож на чёрную дыру, открывшуюся на блестящей поверхности стола. Кажется, что даже Рассекающая с Пронзающим хотят отодвинуться от него подальше.

Рассредоточиваясь на ходу, повторяю то, что уже сказала днём:

– Я тебя понимаю. Слышишь? Понимаю, как раздражает то, что я сделала тебя оружием без спроса.

Он молчит. Медленно отодвигаю палаш и большой пистолет от тёмного и ощущаю их облегчение. Он, похоже, слишком страшный, но усталость притупляет инстинкт самосохранения.

– Я же не дуюсь так на Арена, почему ты упрямо продолжаешь обижаться?

…

– Хоть имя своё скажи.

…

– Неужели тебе совсем неинтересно узнать мир, в который ты попал?

…

– Мы же похожи. Давай дружить.

…

– Мы с тобой одной крови – ты и я.

Но и эта волшебная фраза не срабатывает.

– Спокойной ночи, мои дорогие.

Пушинка вздыхает одновременно с Рассекающей.

– Спокойной, – бубнит Пронзающий. – Хотя какой покой, когда весь дворец вверх дном и полно народа.