Фосфорным светом горят зомби, некроманты и личи людских армий.

Землю под ногами и лапами воинов закрывает непроницаемый покров магии.

Зажав метку, мысленно отчитываюсь: «Ничего не разглядеть, даже если под армией находится поглощающая печать, среди потоков магии я её контура просто не увижу».

Арен прямо в воздухе обращается человеком и подлетает ко мне. Золотые искры сыплются с наших крыльев. Слова в воздушном коконе звучат гулко, словно с эхом:

– Тогда срисовывай щит Пат Турина! Пробьём его – разберёмся со всем остальным.

Оптимисты они.

Киваю.

Похоже, Арен успел переговорить с отцом или ещё кем-то, потому что армии одна за другой отступают от Пат Турина ещё дальше, чем отошли при первом известии об откачке магии.

Деревья и ручьи опять чудесным образом уползают следом за эльфами и обустраивают их стоянку. Ветки растопыриваются так, чтобы дать больше тени.

Интересно было бы рассмотреть магов других стран, драконов, архивампиров и некромантские войска, но моё дело – щит. Щит, который на первый взгляд выглядит совершенно безумным и нечитаемым переплетением цветных линий.

– Лера, у тебя всё получится!

Вновь киваю: какой бы сложной ни была структура, она должна быть. Это понимаю я, этим успокаивали себя тысячи видящих до меня, то же самое говорила Ланабет.

– Я превращусь в дракона, так мне проще тебя прикрывать, – напоминает Арен.

– Я справлюсь, – слабо улыбаюсь ему.

– Не буду мешать.

Во вспышке золотого света из человека рождается дракон. Вдвоём с отцом они кружат рядом. Пушинка парит ещё выше.

А я начинаю облёт щита.

Он сложный, но повторяющийся, а значит, надо уловить его ритм и пропорции. Тогда проще будет выделить основу, по образу и подобию которой создано остальное полотно щита. В художественной школе нас учили подмечать размеренности в объектах, тут… почти то же самое. Так я себя успокаиваю, прежде чем полностью сосредоточиться на изучении невероятного плетения.

***

Время бежит быстро, и ощущение это усиливается текущей в Пат Турин магией: бесконечные потоки, словно таймер на бомбе, напоминают, что надо торопиться. Слишком близко Арен подлетать не даёт, так что разбирать структуру внутри шестиугольных кластеров приходится через подзорную трубу.

Я внимательно изучаю щит. В той части, где смыкается с землёй, он делится на триста шестьдесят фрагментов. Из них он выстраивается, их всё уменьшающиеся копии закручиваются по площади щита спиралью и доходят до точки в самой вершине купола. Он был бы идеальным, если бы не «дырки» под потоки магии.

Моя надежда на волшебную бумагу умирает быстро: ни по первым, ни даже двадцатым штрихам направляющих магические печати не дорисовываются. Для заговорённого предмета мешанина линий, наверное, слишком сложна."

"Приходится всё делать вручную.