Интриги, любовницы, войны и грабёж — заниматься этим куда интереснее, чем копаться в Пробоях.

— А почему тебя самого так волнует эта тема?

В глазах Алексея мелькнула тень подозрения, а я снова усмехнулся.

— Я хочу выяснить, что происходит. Уберечь мир от уничтожения и разделаться с теми, кто всё это устроил.

Тот тяжело вздохнул и прикрыл глаза, устроившись в кресле. Внешне выглядел расслабленно, но вот разум у него работал сейчас на полную катушку. Наконец поднял веки, снова глянув на меня.

— Предположим, я тебе поверю. И даже не стану задавать вопросов по поводу амбиций крутить императорами, которые внезапно зародились в твоей голове. Но остаются ещё два момента. Во-первых, как ты собираешься использовать людей, которые живут сотни лет и способны на завтрак сожрать десяток таких, как ты. Во-вторых, что ты собираешься делать с Дарьей? Я слышал о вашей… встрече. Она не отцепится.

Могу поспорить, в голове царевича зародилось немало самых разных предположений. Но похоже он решил, что нет никакого смысла докапываться до истины сразу. В конце концов, высока вероятность, что меня разорвут в клочья на самом старте. И тогда Алексею не будет разницы, насколько искренни мотивы, которыми я руководствовался и откуда они вообще взялись. Если же что-то действительно начнёт получаться, мы наверняка вернёмся к этому разговору. Особенно после того, как он наденет корону.

— Пока я лишь начал переговоры с Шуйскими, за чем ты лично наблюдал. Для остального, как ты сам понимаешь, требовалось твоё согласие. А что до твоей сестры — какие будут предложения?

Юноша задумался, подперев рукой подбородок. В процессе, как бы между делом, заметил."

"— Я помню. С Его Сиятельством, Симеоном Шуйским. Тем самым, перед которым трясётся половина знати империи.

Сначала Мейли говорила, что Шуйские станут силой, которая затормозит продвижение Возьмизнамённой армии. Теперь царевич подбирал формулировки, что можно было подумать, речь идёт о самом Кроносе.

— С ним. И думаю ты помнишь, какой была его реакция.

Сам Алексей, чуть изменив положение тела, прищурился.

— Помню. И это радует. А вот с Дарьей сложно. На самом деле, она… Ну, не настолько жестока, как может показаться. Но если конфликт уже развязан, то помогут только искренние извинения.

Не настолько жестока? Смертная обещала уничтожить всё, что мне дорого. А её фразы про женщин, лучше вовсе не вспоминать.

— Мне сегодня посоветовали подарить ей Мадагаскар в качестве компенсации.

К моему удивлению, тот не улыбнулся, а задумался, уперев взгляд в пол. Потом медленно кивнул.

— Должно сработать. Только, лучше с неё клятву на Даре взять. Максимально детализированную.

Он хотел сказать что-то ещё, но подняв на меня глаза, запнулся.