Оставалось сыскать кикимору, куда ту бесы унесли.

А бесы её на торжки снесли: решила Гранька послушать, что люди говорят о возвращении князя, да о том, кого он привёз. Две дородных бабы, что отозвались о Вильке как о девке какой, что так и норовит в княжескую постель заползти, аки змея какая, долго потом гадали, как оказались на отшибе городища, сами не помнили, как туда пришли, да чуть в отхожее место не сверзились. Кикимора ж, глядя, как они туда пошли, довольно потерла сухонькие ручки — а неча про её Вилу всякое языком чесать.

Пакости она, как и любая другая порядочная кикимора, любила, а оттого и на торги пошла, знала, что там досужих пересудов найдёт много. Но большая часть горожан была рада, что Светозар вернулся, да и не один, считали, пора ему уже семью заводить и наследника иметь. А то, что дева пришлая, то князю виднее, кого рядом на престол садить. Да и про суженую, что сама Макошь выбрала, знали многие, оттого и не роптали."

"Но и недовольные были, в основном жёнки мужей княжьих, которые своих дочерей в тереме видеть хотели. Вот на них-то Гранька свои пакости и испытала: кому дорожку спутала, кому пряжу, на торгах купленную, кто на ровном месте споткнулся да нос расквасил, одной, самой болтливой, так и вовсе птицы весь повой изгадили, долго плевалась. Купив яблочко наливное да стакан сбитня у коробейника, что меж рядов шастал, хотела уже было домой идти, как сотник её увидал. Ещё вчера приметил он бабу, что рядом с суженой князя, а то, что дева та князева, никто и не сомневался, хороша была, хоть и худая. А он уже третий год обабком ходил, как жена его померла родами, один с тех пор дочь воспитывал, и баба в дому была нужна.

Прихватил калач медовый и подошёл. Представился, как и положено, о делах испросил да пригласил Граню на казнь Нежданки глянуть. Та подумала да согласилась: казни смотреть, может, дело и не шибко весёлое, но она ещё их не видела, чего не глянуть-то.

Пришли на гору, где росли две берёзы, крепкие, но гибкие, туда и Неждану уже притащили, орала она, извивалась, но дружинникам-то нипочём, не к такому привычные. Привязали за руки промеж стволов согнутых да отпустили. Тело Нежданы выгнулось неестественным образом, раздался жуткий хруст ломающихся костей, и из её рта хлынула кровь. Берёзы разогнулись, разорвав тело Нежданы пополам. Только и раздался крик, что кровь в жилах застыла, да капли горячей крови багряной во все стороны брызнули.

Откусив кусок калача, кикимора задумалась: она ждала от зрелища большего. Чем немало подивила сотника, он уже готов был ловить её, а она стоит, калач жуёт, будто и не страшно ей вовсе. Тут её князь и заметил, да сотника рядом. И чего это она удумала, мелькнуло в голове Светозара, но виду не подал, кивнул только, здороваясь.