Хорошо, что вчера в перерыве между скачками для взрослых, которые мы устроили, я не забыла позвонить маме и предупредить, что я не буду ночевать дома, применив безотказную причину ""я останусь у Игоря"", и сию минуту мне не надо сломя голову лететь к себе.

- Кто бы что ни сказал обо мне, знай: я люблю тебя! - неожиданно даже для собственной персоны шепчу я и замираю. Я только что призналась в своих чувствах и затронула сложную тему.

Он приподнимается на локте, я скатываюсь на подушку и сталкиваюсь с глазами, в которые мне непросто честно смотреть.

- Любишь?!

Киваю.

Сейчас повторить эти слова сложнее, поскольку первый раз они будто сбежали от меня, а теперь их надо выталкивать.

Дима проводит костяшкой пальца по моей щеке и молчит.

Становится немного обидно. Я сказала три заветных слова, которые никогда никому не говорила. Сказала их настолько искренне, чувствуя такой огонь в груди, а он не вернул мне их обратно.

Не выдерживаю.

- А ты?!

Усмешка.

- А ты не видишь?!

Дую губы и получаю поцелуй, который заводит и разжигает едва утихомирившееся пламя. С трудом отрывается, смотрит, спрашивает:

- А так?!

- Вижу, что ты меня хочешь, - указывая глазами вниз, сообщаю я, не сворачивая свою игру «получи желаемое».

Смех и наконец звучат выпрошенные пусть и не три слова, а одно, но самое

важное:

- Люблю.

Растягиваю губы от уха до уха. Внимание! Официально объявляю: у меня появилась новая улыбка - «самая счастливая».

Вхожу на кухню, пока Дима в душе, и размышляю: чем накормить своего парня. Вчера, когда он работал, я, конечно, предусмотрительно наполнила пустой холодильник, но готовые продукты - это не тот завтрак, к которому он привык. Однако, не желая напоминать Диме, какая я неумеха, боюсь затевать даже яичницу - не то, что омлет. Про кашу я вообще молчу - я не знаю, как к ней подступиться.

В итоге открываю нарезки, выкладываю содержимое на тарелку вместе с предусмотрительно порезанным в Буше хлебом, достаю несколько йогуртов и сок. Все. Континентальный завтрак - это единственное, на что я способна."

"Дима появляется на кухне, когда я уже соорудила свои нехитрые приготовления и стою возле стола, оценивая, как все выглядит. Надо сказать, что даже такой вариант завтрака в моей жизни впервые (я не считаю помощь Даше и Оле). Дома нас всегда кормит Татьяна Петровна, когда я оставалась на ночь у Игоря, он, зная мою никчемность, готовил сам. Так что я реально в первый раз в жизни сделала завтрак своими руками для любимого человека.

Руки, обхватившие за талию, поцелуй в шею. Чувствую, если он будет продолжать в том же духе и не оторвется от меня немедленно, я потащу его обратно в спальню, поэтому командую:

- Садись, - и словно в свое оправдание бормочу дальше: - Мама говорит: полезно есть сырую пищу.