Тем более слова, запутавшись и зависнув в прядях вместе с теплым дыханием, приятно щекочут мою шею.

- Плевать, - бормочу уже вслух в расстегнутый ворот комбинезона, ни на миллиметр не отодвигаясь от парня.

Какое значение имеет какое-то платье, даже стоимостью в три среднестатистические зарплаты, когда я умираю от переполняющих эмоций, когда мне жизненно необходимы объятья любимого человека?!

- Что случилось?! - спрашивает он, а я закрываю глаза и шепчу в ответ:

- Соскучилась.

Руки парня наконец ложатся мне на талию, и я ощущаю - как хорошо. Вот так просто стоять, чувствуя и вдыхая его, и ценить каждую секунду, ведь у меня снова обозначенные сроки - всего семьдесят два часа на счастье, из которых как минимум шесть уже прошло.

Спустя пару минут он все-таки мягко, но настойчиво отдирает меня от себя и идет переодеваться. Я осматриваю платье, пытаясь найти последствия моего страстного порыва, но видимых изменений нет, и я начинаю ходить взад-вперед, ожидая, когда вернется Дима.

Мы выходим из бокса, едва парень возвращается, и, закрыв замок, направляемся к его байку.

- Куда поедем?! - спрашивает он на ходу.

Открываю рот сказать про кино и вдруг понимаю, что мне мало просто сидеть рядом в обществе посторонних людей и смотреть какое-то видео. Зачем терять драгоценное время?! Я эгоистически желаю провести его только с ним вдвоем. Хочу его руки, губы, хочу больше, чем у нас было, так, чтобы потерять голову от нашей близости.

- Поехали ко мне, - предлагаю я.

Взгляд Димы обжигает, и я осознаю: он понимает, для чего я зову его в квартиру, где мы будем только вдвоем.

Передвижение на мотоцикле уже не пугает, а скорее будоражит, разгоняет кровь, запуская бешеную энергию адреналина вместе с желанием совершать безумства. Именно этим я и собираюсь заняться. Ведь так?! Но думать - это то, что я сегодня себе запретила. Сегодня я желаю только счастья и любви, и я обязательно украду эти компоненты.

Уже в лифте мы накидываемся друг на друга не в силах сдерживать предвкушение, что словно оскомина появилась во рту и не исчезает. Мягкие теплые настойчивые губы... Уф! Как я жила без них раньше?! Как я не знала, что может быть вот так: до умопомрачения, до сумасшествия, до неуемной дрожи, до огня, сжигающего до пепла, до нестерпимого желания получить еще больше...

Не знаю, как мы попадаем в квартиру и закрываем ли вообще дверь. Помню, что продвигаемся мы, медленно продолжая пьянящие поцелуи, длиною в вечность, прерываемые лишь на необходимые манипуляции: снять с него футболку и джинсы, вытащить меня из платья."

"В комнате мы появляемся в одном белье и, упав на кровать и разъединив губы, рвано дыша, внимательно смотрим друг на друга.