Дочь о чем-то болтала с Геннадием, а позвонил ей коллега из больницы. Диана Викторовна отнесла ей сотовый, и Наташа, взглянув на экран, сразу же схватила телефон.

— Да, Саша. Что?!

Лицо ее побледнело, глаза стали несчастными, и Диана Викторовна поняла, что стряслось нечто очень плохое. Генка не видит Наташиного лица, а она видит. Неужели…

— Что, Наташа?

Она обернулась и посмотрела на Генку испуганными глазами.

— У него сердце остановилось. — Наташа положила сотовый и села на табурет, глядя на Генку и мать немного растерянно. — Полчаса назад остановилось сердце, и…

— Он умер?!

Генка беспомощно опустил руки.

Умер Олег. Умер весной, от гриппа, и…

— Нет. — Наташа вздохнула. — Сердце запустили, но Саша говорит, что шансов у него мало.

— Но они есть! — Диана Викторовна не намерена была сдаваться. — И это же хорошо, что его вовремя отвезли в больницу, там врачи сразу бросились на помощь, запустили сердце, а если бы это случилось дома, он бы сейчас уже был мертв, а так его вытащат, вот увидите. Завтра поедем к нему, и…

— Мама, Саша говорит, шансов практически нет.

— Вот когда он скажет, что нет совсем, тогда и будем впадать в уныние, а если есть хоть один, значит, он его использует.

Судя по тому, что я поняла об этом парне, он не сдастся. Такие тихие — они упрямые и никогда не сдаются.

Диана Викторовна принялась собирать посуду со стола, всем своим видом показывая, что аудиенция закончена и делать детям на кухне больше нечего.

— Гена, я тебе в гостевой спальне постелила, как обычно. Ложитесь оба спать, утро вечера мудренее.

Генка с Наташей переглянулись и сочли за благо ретироваться.

— Что она уже задумала? — спросил Генка. — Это «ж-ж-ж» явно неспроста…

— А то ты ее не знаешь! — Наташа фыркнула.

 — Мирный атом, а не мать. Что бы она ни задумала, помешать мы ей по-любому не сможем, а возглавить безобразие она нам не позволит, все свои безобразия она всегда возглавляет сама. Лично я собираюсь лечь спать, устала зверски. И тебе советую.

Генка поплелся в комнату, которая раньше была спальней его приятеля. Но после того, как Гришка женился и уехал жить в далекую Канаду, получив там работу, Диана Викторовна переделала спальню сына в гостевую комнату. Здесь уже ждала Генку тахта, застланная чистым бельем, и он, не раздумывая, нырнул под одеяло и свернулся калачиком.

В этом доме ему всегда было хорошо и уютно.

Краем сознания он подумал об одежде, засунутой в стиральную машинку, но ни на что большее мыслей у него уже не хватило.

5

Полковник Бережной часто ночевал в кабинете — работы было много, а жил он один, притом далеко, так что в шкафу у него имелись постельные принадлежности, свежие рубашки, носки и белье. Но сегодня он почти собрался домой, а после звонка Дианы снял пиджак и снова сел в кресло.