Этот бессердечный комментарий как нельзя лучше отражал настроение и самого Генки. Он в толк взять не мог, как взрослые люди позволяют себе жить так, да еще и детей в этом плодят. И, конечно, Семенов прав: детям не место в таком доме, рядом с такими родителями. Но других-то нет.

Машина покатилась вниз, мимо трех девятиэтажек, стоящих вдоль трамвайного маршрута, въехала во дворы, и Генка притормозил у знакомого дома.

— Я все надеялся, что дом выкупят под офисы или снесут — пустырь в центре города, тут можно заправку сделать или супермаркет, но пока об этом и речи нет.

 — Семенов хмуро посмотрел на здание, стоящее в глубине двора. — Ну, что, идем. Посмотрим, что там происходит.

Они вышли из машины и направились к двери подъезда. Генка, если бы позволяли приличия, побежал: ведь кто знает, что там происходит, Наташа Макарова — девушка не из пугливых, и если уж она позвонила, то, стало быть, и правда что-то скверное случилось.

Реутов притормозил Генкин бег, тронув за плечо.

— Позади нас идешь. — Реутов прислушался. — И не суешься в драку, если что. Ишь ты, чисто бесы, воют… Магнитные бури сегодня, что ли?

Со второго этажа слышался многоголосый крик и звуки драки.

На лестнице толпились дети, заинтересованно наблюдая за происходящим, их лица светились нездоровым возбуждением, только самые маленькие испуганно жались за спинами старших.

— Ну, охренеть! — Реутов заглянул в коридор и полез в карман за сотовым. — Я вызываю подкрепление и «Скорую». По-моему, здесь все убили всех.

Генка заглянул в коридор, и его замутило. Кровь была повсюду.

И на двери квартиры Олега тоже.

4

— Я никогда в жизни так не радовалась, что нахожусь в комнате с надежной дверью, как сегодня вечером.

Наташа смотрела на Генку испуганными глазами, и он видел, чего ей стоит не заплакать.

— Наташ, давай я тебя домой отвезу.

— Нет. — Она кивнула на Олега. — Уже тридцать девять и семь, дышит он очень нехорошо, пока поставлю капельницу, но в любом случае на ночь я его одного не оставлю, сегодняшняя ночь может его убить. Я о таких случаях только в учебниках читала, и мне кажется, что клиническая картина заболевания отличается от той, что я видела.

Тяжелейшее течение болезни, нужен постоянный врачебный уход. Сейчас Саня приедет, осмотрит его, будем думать, как нам дальше поступить, но я склоняюсь к тому, что нужно везти Олега в стационар, как бы не пришлось его к аппарату подключать.

Генка кивнул, соглашаясь — конечно, Наташа права, но оставаться здесь на ночь после того, что произошло за дверью… Собственно, что именно там произошло, Генка не знал. Как только полицейские разогнали массовые беспорядки в коридоре, он вошел и открыл дверь.