— В смысле, нет машины?

— Нет.

— А как вы здесь живёте?

— Нормально, — отвечает он и поднимается на крыльцо достаточно большого сруба. Я тоже встаю под навес и выдыхаю. — В конце месяца автобус приедет, но до остановки пятнадцать километров по бездорожью.

— База должна быть где-то рядом, — меня уже трясёт от холода, и очень остро чувствуется пристальный, ленивый интерес мужчины.

Замираю под его внимательным, острым взглядом.

Охотник толкает дверь в дом, распахивает. И говорит, тихо и жутковато:

— Так иди, ищи свою базу… Или заходи и помалкивай.

И даёт мне право выбора.

Охуительного выбора.

Пятнадцать километров до остановки, на которую через месяц придёт автобус.

Пока что вывод очевиден – с тайгой покончено навсегда.

А выбирать-то что?

— А вдруг вы маньяк или беглый каторжник?

— Об этом следовало подумать до того, как… - Он замолкает, выразительно вскидывая брови, а затем продолжает, - и с чего такие выводы?

— Я… Мы незнакомы, — неуверенно отвечаю я, прекрасно понимая всю нелепость сопротивления.

Куда я пойду? Никуда…

А он… Он так смотрит…

Понятно же, что будет, если переступлю порог. Понятно же, на что соглашаюсь.

Соглашаюсь? Да?

Ощущаю, как трясутся не только губы, но и зубы начинают стучать.

— Меня зовут Юра, мы теперь знакомы. Я - маньяк?

Глаза какие…

Маньяк, да. И я маньячка.

— Маньяк Юра, — усмехаюсь я, опуская взгляд, не выдерживая напряга, и вижу, что грудь облеплена тканью. Рубаха подразумевает, что все гендерные признаки будут стёрты. Унисекс на все времена же… Но не тут-то было. Между клеточек торчат предательски соски. Я стою, мокрая, с хорошо очерченным бюстом, и чувствую, как незнакомый мужчина, Юра-маньяк, вылизывает мою грудь взглядом.

И жарче становится, и болезненней напряжение…

— А ты? - тихо спрашивает он и еще шире распахивает дверь, все настойчивей приглашая… В свое логово маньяка.

— Ведьма, — через силу улыбаюсь я. И предпринимаю еще одну, последнюю и определенно глупую попытку соблюсти приличия, — я просто пересижу дождь…Покажешь, где дорога к остановке? Я уйду, когда дождь пройдёт. Могу здесь постоять."

"— Я пока не опустился до того, чтобы оставлять девушку на крыльце дома, — говорит Юра и, похоже, теряя терпение, хватает за руку и в буквальном смысле заталкивает меня в своё жилище.

Ничего не успеваю увидеть, только стены из бревна.

Прислоняюсь к ней, слепая в полумраке, и ощущаю, как здоровенная мрачная фигура Юры - маньяка нависает надо мной.

Он тяжело дышит мне в губы, упирает руки по обе стороны от лица…

И кладет ладони на плечи.

Горячие!

Обжигают!

— Сама, ведьма, давай… А то замёрзнешь, заболеешь… — с усмешкой в голосе шепчет Юра, второе имя не хочу ему прикреплять, потому что… Страшно, блин.

Страшно и волнительно до жути.