Но неожиданно она вскинула голову и посмотрела куда-то поодаль. Я проследил за ее взглядом.

На погребение пришло достаточно людей, но я заметил высокую фигуру в черном. Реутов в темных очках стоял поодаль: не смешиваясь с толпой, но и не сильно выделяясь на фоне прощавшихся. Руки в карманах, угрюмый. Он тоже вскинул голову и на нас посмотрел."

"— Ты пригласила его сюда? — шепотом сквозь зубы, склонившись к жене. — Неужели прям такие не разлей вода?

Полина искоса зыркнула на меня и тоже сквозь зубы:

— Господи, да прекрати ты уже. Тебе не стыдно… Сейчас…

Стыдно. Правда стыдно.

Но я не мог не спросить.

— Ты любишь его? — мне нужно знать.

Полина промолчала. Смотрела прямо и ровно.

— Значит, лечебная секс-терапия с кудрявыми яичками? — поддел едко.

— Тебя удивляет, что мужчина может просто быть рядом, поддерживать и не думать о моих трусах ежеминутно? — резко повернулась, хлестнув волосами по моей щеке. Мне стало жутко гадко. Лезу в бутылку на похоронах.

— Полина…

— Марат, все… — оборвала шепотом. — Когда-то я ждала этого от тебя: элементарной поддержки и доброго слова. Но чьи-то трусы оказались важнее, чем жена.

Чего ты сейчас тельняшку рвешь? Я смертельно устала от тебя. Надоел, как горькое яблоко…

Полина двинулась вперед и бросила горсть земли на опущенный гроб. Обняла детей и пошла к машине. Моя мама вела тихо рыдающую тещу. Они как-то очень тепло и по-женски утешали друг друга.

С Полиной мы больше не говорили. После поминального обеда я шатался по улицам до глубокой ночи. Так пусто было. От всего. Ничего не хотелось. Кроме, наверное, напиться.

Я взял бутылку коньяка и отправился в номер. Давно я не бухал от души. Вроде бы в трезвом уме всегда был, а столько дичи сотворил.

Может, в пьяном угаре дельная мысль в голову придет.

Я пил и вспоминал свою жизнь. Хотел с самого начала, а выходило, что память цеплялась за нашу с Полиной жизнь. Я ведь до встречи с ней учился, работал, кутил-гулял. Девок портил. Ну а что? Если они сами прыгали на меня! С кем-то разок, а кто-то прилипал на несколько месяцев. Я точно знал, что жениться до тридцати не планирую, поэтому никогда и никому не обещал серьезных отношений.

С Полиной вышло иначе. Это ей не нужны были со мной отношения. Никакие.

А я влюбился. Завоевывал, как мог. И добился! Честно, помню, что уверен был: после секса точно отпустит. Куда там! Меня тянуло магнитом, только жену свою будущую еще пуще догонять пришлось. Я татарин с замашками автократа; она абсолютно современная эмансипированная девушка. У нас не было ничего общего: разные жизненные установки изначально. Но мы поженились, родили детей, счастливы были. Получается, что меня Полина осовременила, ее принципы и взгляды на жизнь победили. А к сорока годам мне захотелось ее прогнуть.