Сквозь рябь в глазах, я пригляделась к снимку. На нём была запечатлена я с моей маленькой девочкой. Алёна улыбалась, прищуренные глазки сияли, на голове два высоких хвостика, украшенных розовыми бантами.

Откуда у сестры это фото?!

Влад напрягся, шагнув к Алёне ближе, но сказать ничего не успел. Моя дочь вздрогнула, подняла голову и взмахнула дрожащими ресницами, устремив на меня потерянный взгляд. Её полные боли и переживаний глаза покрывала пелена слёз.

— Вы? — глухо всхлипнула она. — Но… почему?!

Я не могла говорить, дышать, мыслись. Всё поглотила боль, мерцающая в глазах Алёны.

Сейчас в моей жизни есть всё — положение в обществе, хорошая работа, деньги, и я бы всё это отдала, лишь бы всегда быть с ней, заставить эту боль навсегда исчезнуть.

— Убирайтесь отсюда, — холодно пророкотал гневный голос Ярчинского, вытягивая меня из ступора.

Судорожно втянула носом воздух и перевела взгляд на кузину. Лицо Маши моментально растеряло боевой настрой, удивлённо вытянулось и покраснело.

— Не нужно разговаривать со мной в таком тоне! — оскорблённо высказала она, задирая подбородок выше носа.

Я сжала кулаки.

Мне нестерпимо сложно было держать себя в руках и не наброситься на сестру. Как она только посмела подойти к Алёне?!

— Я разговариваю с вами, как вы того заслуживаете, — Влад даже не попытался смягчить тон, сгоняя с Марии последнюю спесь. — Я — законный опекун Алёны, а вы совершенно посторонний человек. Не смейте даже близко подходить к ней!

— Но я…

— Я бы поговорил с вами по-другому, но не в присутствии ребёнка, — перебил он и посмотрел на племянницу, которая всё так же не сводила с меня глаз. — Алёна, подойди, пожалуйста.

Не дожидаясь, когда она встанет, Влад взял её за руку и притянул к себе.

Фотография тонким лепестком упала на нетронутый снежным покровом пол беседки, прямо к моим ногам. Я потянулась к снимку и сжала его непослушными пальцами.

Алёна спряталась за спиной Влада, и к своему ужасу я поняла — прячется она от меня. Бесконтрольный страх опутал моё тело, в горле пересохло. Я потеряла свою дочь. Снова.

Не обращая внимание на резкие слова Влада, Мария поднялась с места. Довольная собой, невозмутимая, она нагло улыбнулась мне.

— А ты, я смотрю, используешь всё те же грязные методы? — спросила меня ехидно.

— Вцепилась в чужого мужа, чтобы поиграть в любящую мамочку. Гадюка.

Её слова стали последней каплей. Рука сама взлетела в воздух и я ударила сестру по лицу. Со всей силой и ненавистью, что испытывала в этот момент. Она не имела права играть с чувствами моей дочери. Не имела права причинять ей боль, подходить к ней, даже смотреть в её сторону.

Маша вскрикнула, хватаясь за щеку, а я не могла остановиться. Моя выдержка рухнула, предохранитель слетел, сжигая меня изнутри.