Я про себя ругала одного наглого мужчину, который сегодня посмел меня облапать и поцеловать.

На часах уже был второй час ночи, а я еще и половины не убрала. Спать хотелось ужасно, но я боялась идти в комнату. Неизвестно, уснул Степа или нет.

«Завтра я не смогу встать, если сейчас не лягу» — подумала я, бросила все, умылась и направилась в спальню. Тихо открыла дверь, очень надеясь, что муж спит.

— Ты чего так долго возилась? — меня, будто парализовало. — Раздевайся и иди сюда. — он был пьян, язык заплетался. Посмей я ему отказать, он меня изобьет. Как же противно было ложиться с ним в одну постель!

Глава 7

Мила

Степа решил устроить себе отпуск, всю неделю напивался и терроризировал меня. Стоило проявить неповиновение, мне прилетала пощечина, хорошо, если одна. Нижняя губа никак не заживала, стоило ей начать затягиваться, как Степа вновь ее рассекал ударом. Вчера мне досталось за то, что я скорчила ему в спину злое лицо, а муж увидел мое отражение в окне. Я пыталась защититься, сказала, что у меня изжога, поэтому лицо перекосила, но Степа не стал слушать. Я замечала сочувствующие взгляды охраны, вначале мне было стыдно, что муж на меня орет при посторонних, а теперь и внимания не обращала.

Единственная радость — у меня начались женские дни, мой брезгливый муж даже в пьяном состоянии ко мне не прикасался.

Я, наверное, единственная женщина на земле, которая мысленно засекает время, когда муж занимается с ней сексом. Вначале нашего брака я винила себя, что не могу расслабиться и получить удовольствие, а потом поняла, что этот эгоист никогда не старался. Самое ужасное заключалось в том, что нельзя было отказаться или сослаться на головную боль, Степа зверел и переставал контролировать ярость. А после того, как его сестра сбежала, вышла замуж и лишила его пятидесяти процентов акций, он находился на грани помешательства.

Гулять нам с Марком в парке муж не позволял. И тут дело не в том, что он беспокоился о нашей безопасности, Степа не хотел, чтобы соседи заметили следы побоев на моем лице. Я с сыном проводила все свободное время в саду, когда Марк засыпал, я хваталась за любую работу по дому, лишь бы не общаться с мужем.

Я обожала золовку и ее мужа. Вчера после разговора с ними, муж перетрусил. Ходил, конечно, орал на весь дом, швырял в стены посуду, замахивался на меня, но не трогал. Побоялся, наверняка ему пригрозили. Мне так хотелось ему отомстить, а потом уйти с гордо поднятой головой, но увы…

Сегодня Степан пошел на работу, моей радости не было предела. Еще бы его любовница продолжала лежать в свое комнате и зализывать раны.

Мы столкнулись с Аленой в кухне. Мочки ее ушей были закрашены зеленкой, швы до сих пор не сняли. В душе расцветала весна, когда я смотрела на эту «зелень».