Какой он сейчас? И как набраться смелости поднять на отца взгляд? Мне больно думать, что папа меня не простит… Я повзрослела, пересмотрела свои и чужие поступки, изменилась… Наверное, теперь я умею прощать… Идти на компромиссы, верить, понимать поступки человека. И я понимаю папу… Безусловно, он преступил закон. Хотел сделать нашу с мамой жизнь лучше. Что теперь вспоминать о его мотивах? Мне хочется верить, что показания Креста помогут папе сократить срок, а маме – набраться терпения и ждать его возвращения.

– Ты как, Зой? Бледная, осунувшаяся… Может, поедем домой? Либерман и без нас справится, – участливо произносит Роберт.

– Нет, – качаю головой, издали заприметив кортеж Крестовского, припарковавшийся поблизости.

Из первого бронированного автомобиля выходя два телохранителя, из второго – еще два. И только из третьей машины появляется Крест. Худой, скукоженный от страха повторного покушения, он выглядит совсем не так, как я помнила.

– Крест. Собственной персоной. Я боялся, что он передумает и откажется от показаний, – протягивает Роберт, кивая Виталию.

– Надо было тебе остаться дома, Роберт, – почти скулю я. – Сейчас он увидит нас вместе, накрутит себя и…

Не успеваю договорить – Крест в окружении охранников направляется к нам. Его взгляд, нетвердая походка, сгорбленная спина выдают страх…

– Здравствуй, Зоя. Рад тебя видеть, – игнорируя Роберта, произносит он. Тянет ладонь для рукопожатия. Я жму его протянутую руку в ответ.

– И я рада, что у вас все хорошо. Спасибо вам, я не ожидала, правда…

– Счастлива? – переводит он взгляд на Роба.

– Да, очень. Я, правда, очень счастлива.

– Спасибо вам, – вмешивается в нашу беседу Роберт. – Вы не представляете, как это важно для нас.

– Почему же, представляю. Кстати, Зоя, все забываю тебе сказать… Хотя с тобой, наверное, связались из администрации?

– Нет, мне никто не звонил. А что такое?

– Тебе назначили денежную выплату, компенсацию. Следствие установило личности поджигателей. Это представители одной из местных фирм-застройщиков. Уж очень им приглянулось это место. Хотели построить там гостиницу или хостел для туристов, а тут вы… Они в прошлом году предлагали собственникам купить их кафе или торговые точки, но цену предлагали мизерную. Не сошлись в интересах, в общем…

– Я так и думала! Это хорошо, я очень рада.

Мы разговариваем сдержанно. Крест с теплом смотрит на меня, словно жалеет о несбывшемся прошлом и своих поступках. Даже не пытается оправдаться, понимая, что сейчас любые его слова покажутся бессмысленными. Все уже случилось… Арест отца, покушение на Креста… Наверное, вселенная сама все решила… Дала каждому по заслугам.

– Встать, суд идет!

Вскакиваю, ища глазами папу.