Она ведь хочет, чтобы ты так думала, Зайка. Не доверяла мне.

– Ох, Роберт… Что-то на меня накатило. Не знаю даже… Мне не хочется недоговоренностей между нами, а, с другой стороны…

– Говори обо всем, что тебя беспокоит, Зой. А, вообще… Иди сюда.

– Куда ты меня тащишь?

Роберт хромает, но обходится почти без трости. Вдали парка виднеется пустая беседка с висящей на ней красноречивой надписью «окрашено».

– Там же краска! Роб, ты куда меня тянешь?

– Уже высохло все, Зайка. Совсем ничего нет, вот, смотри. Иди ко мне…

Я вынимаю из сумки пачку салфеток и торопливо выкладываю их на скамейку. Роб плюхается на нее и притягивает меня к себе. Ползет ладонями по моим бедрам, целует шею, подбородок."

"– Роб… А, если кто-то придет? Я боюсь…

– Тогда в твоих интересах поторопиться…

Задыхаюсь от его поцелуев, желания, вспыхнувшего как сухой порох… Обнимаю сильные плечи, глажу его лицо, ласкаю густые жёсткие волосы… И, понимаю, чего мне так не хватало все эти дни… Он же комплексовал и намеренно отказывался от близости, считая себя неполноценным! А я терпеливо понимала его состояние, не проявляя к мужу интереса. А сейчас… Внутри словно надорвался нарыв. Выплеснулся безудержной страстью, словами любви и нежности, да и моими дурацкими подозрениями тоже…

– Роб… Я тоже люблю тебя. И я… Я хочу быть для тебя интересной всегда. И я так боюсь, что ты меня разлюбишь. И появится какая-нибудь Кира или Катя…

Платье болтается на талии, а кожа горит от поцелуев мужа. Впитывает ласку, как губка. Его руки везде – сжимают, гладят, мнут. Я плавлюсь воском в сильных руках, кусаю губы, с трудом сдерживая стон удовольствия. Растворяюсь в нем полностью, живу и чувствую – здесь и сейчас…

– Ты никогда не будешь неинтересна мне, Зой. С тобой не соскучишься, Заяц, – хрипло выдыхает он, разделяя со мной удовольствие.

Я молчу, чувствуя себя абсолютно счастливой. Слушаю его сердце, гулко бьющееся в груди, целую веки, влажные губы, подбородок… Взрослею. Понимаю, что ничего не могу загадать, запланировать или предвидеть. Ничего. Тогда, зачем переживать о будущем? Я буду жить здесь и сейчас, рядом с ним… Принимать от судьбы каждый дарованный ею миг, смотреть в глаза своего мужчины – того, кого люблю… Верить ему беззаветно, не оскверняя доверие чужим мнением или желанием разрушить нашу семью. Никому не позволю этого сделать… Кире, Кате или Глаше…

– А я вообще однолюб, Зайченко, – шепчу в ответ. – И тебе от меня не отделаться…

Глава 50.

Зоя.

Я перестаю думать о Кире. И всему виной суд, посвященный пересмотру дела моего папы. Ладошки потеют, а в глазах темнеет, когда я думаю о нашей встрече.