Иван Витальевич прислушался к тишине, потом прошел в большую комнату, где стоял телевизор. Витьки не было.

— Виктор! — еще раз позвал дед и увидел на столе лист, вырванный из школьной тетрадки.

«Я тут жить не хочу. Я поехал домой. Витя» — было написано большими корявыми буквами. Иван Витальевич долго вертел в пальцах записку, плюнул с досадой:

— Ну и черт с тобой, стервец маленький!

Уже темнело, когда Полина приехала домой. Она шла мимо спортивной площадки, держа в руке свой узелок с пожитками. Двор был почти пустой. На площадке ребятишки с криками гоняли мяч, во многих окнах в домах горел свет, и так же под козырьками подъездов на лавочках сидели старушки.

И вдруг Полину окликнули:

— Полина Ивановна!

Она резко остановилась, обернулась. Из-за редкого кустарника, росшего вокруг площадки, вышел Валерий Чистов. Он улыбался:

— Я везучий — ждал и дождался.

— А откуда вы…

— Откуда узнал, что вы должны вернуться домой? Да я передачу вам в СИЗО привез, а мне сказали, что вас отпустили под подписку о невыезде.

— А зачем… — вновь начала Полина, но Валерий опять перебил ее:

— Зачем передачу повез? Ну, как же я мог не повезти, Полина Ивановна.

В газетах прочел, что вы арестованы, находитесь под следствием… Ведь я, можно сказать, соучастник этого дела.

— Пошли, соучастник, чего на улице разговаривать, — усмехнувшись, Полина направилась к подъезду.

— Вот это с удовольствием! — Валерий поспешил за ней. — Позвольте ваши камерные пожитки понести. А то выбросили бы их, чего всякую дрянь в дом тащить? Камерный запах так въедается, ничем не вытравить.

— Да? — она остановилась. — А вы там были?

— Не был… разве что в армии на губе сидел.

Но у меня богатое воображение… и обоняние…

Полина молча направилась к большим мусорным бакам, стоявшим неподалеку от подъезда, приподняла тяжелую крышку и бросила туда узел. Несколько кошек шарахнулись из-под ее ног в разные стороны. Полина отряхнула руки и пошла к подъезду.

Сидевшие на лавочке старушки с интересом проводили взглядами Полину и незнакомого мужчину…

И вот они уже сидели на кухне. Вернее, сидел Валерий, а Полина шарила по полкам в поисках еды.

— Ничего нету… хоть шаром покати.

Что же он тут ел? Неужели все время голодный шатался? Или дед кормил? Где он сейчас? У деда, что ли? Или у Пилюгина? Этого еще недоставало… Медом его там, что ли, кормят? Ага, вот чай есть. Будем пить пустой чай. Даже сахара нету… О, печенье есть!

— Это замечательно — пустой чай с печеньем! — улыбался Валерий.

Полина взяла трубку телефона, набрала номер и долго слушала длинные гудки.

— Нету никого… ни деда, ни сына… гуляют где-то, наверное, — она снова взяла трубку, набрала еще один номер.