Но на этот раз парень решил наделать немного деликатесов. Из поднятой сети он брал только красную рыбу с икрой, небрежно сбрасывая остальную в воду. Благо это не акулы, которые не могут не двигаться. Еще он брал стерлядь. Коптить. Уж очень к месту пришлись его кулинарные изыски.

Вообще обилие рыбы в верховьях реки поначалу несколько удивляло Мишку, но потом, поразмыслив, он сообразил, что рыбу в эти места привлекают корм и чистая вода. А про то, что красная рыба обычно идет нереститься в верховья, даже школьники знают. Так что, отбросив сомнения, парень торопился набить семейные закрома соленым деликатесом. Он уже греб обратно к берегу, когда увидел спускающегося к берегу полковника и выходящего из-за куста медведя.

Прибавив ходу, Мишка подогнал лодку к берегу и, подхватив часть улова, который специально отложил для подкорма соседа, поспешил к кустам. Полковник, собиравшийся что-то сказать, увидел стоящего шагах в тридцати от лодок медведя и, испуганно икнув, замер. Тряхнув мешком, Мишка чуть улыбнулся и, обойдя замершего офицера, тихо сказал:

– Не беспокойтесь, он обычно смирный.

Не доходя до косолапого шагов пяти, парень вывалил из мешка свое подношение и, с усмешкой посмотрев на топтыгина, предложил:

– Ну, угощайся. Только не думай, что так всегда будет. Вот оправишься и станешь сам себя кормить.

Внимательно наблюдавший за ним медведь вскинул морду и старательно принюхался, после чего, тихо рыкнув, заковылял к рыбе. Плавно отступив на несколько шагов назад, парень развернулся и не спеша вернулся к лодке. Замерший возле нее словно статуя полковник, не удержавшись, потряс головой, словно отгоняя морок, и осевшим голосом проворчал:

– Зря я вам не поверил вчера. Думал, это что-то вроде охотничьих баек. А выходит, это все правда.

– Вы про что, Александр Ефимович? – не понял Мишка.

– Откровенно говоря, теперь уже про все, – растерянно выдохнул полковник и полез в лодку.

– Тот камень с веревкой – это якорь. Спуститесь ниже сети и ловите на здоровье, – подсказал парень и одним толчком спихнул лодку в воду.

Пока Белецкий выгребал на реку, парень успел рассортировать добычу и приступить к чистке, попутно откладывая на чистую холстину икру.

* * *"

"Довольный, умиротворенный и отчаянно голодный полковник вернулся с рыбалки и, едва поднявшись по тропе к заимке, удивленно замер. Молодые парни, негромко перешучиваясь, грузились мешками, словно верблюды, и почти бесшумно исчезали в густом подлеске. Другая группа тащила из тайги валежник и ветви можжевельника. Сам хозяин заимки сидел у костра и не торопясь помешивал в котелке какое-то варево. Напротив него, попыхивая трубкой, восседал, словно каменный идол, немолодой, но еще крепкий хант.