Отправляясь в дорогу, Костя сердечно улыбнулся Сергею, пожелал удачи, заверил:

— Не переживай, всё будет так, как ты просил. Как только приедем, сразу же зайду в твою контору, объясню, что и как. И про золото экспедиции не переживай: поймаем мы Ивана! А как приедете вместе, — он лукаво посмотрел на Улю, — сразу же ко мне. Дорогу знаешь, найдёшь. А не зайдёшь, — притворно нахмурил брови, — в тайгу больше с тобой не пойду, так и знай.

— Заедем. Обязательно заедем! — улыбнулся Сергей, посмотрев на Улю. — С молодой женой! — И понизив голос, намекнул: — А не разрешат, так придётся украсть… Только ты обязательно, если поймаете Ивана, проследи, чтобы котомки не потерялись…

Тот понимающе качнул головой: всё ясно.

"

"Забота у Сергея одна: доказать, что под Кучумом богатое месторождение. Есть бумаги, документы, реестры. Но этого мало. Было бы лучше предоставить золото — две с половиной тысячи золотников. Свидетельство работы погибшей экспедиции, за которую выплатят пенсии семьям товарищей, оставшихся там, под гольцом. Где золото? Иван украл. Поверят ли в конторе? Скажут, себе забрал.

Есть свидетели: Уля, Костя, Загбой. Но этого недостаточно для объяснения смерти двадцати шести человек. Эх, был бы жив Залихватов!..

Близится вечер. Знойное солнце накололось на острую вершину гольца Хактэ. Спокойное озеро дышит глубоким испарением. Воздух перенасыщен влагой, свежим духом благоухающих трав, смольём хвойных деревьев. В ожидании перемены погоды притихла насторожившаяся тайга.

На широком подворье заимки мёртвый час. Спасаясь от кровососущих насекомых, хороводятся в густых клубах дымокура олени.

В тенётах дощатой конюшни храпят лошади. Изнемогая от комариных укусов, под широким крыльцом чихают собаки. Где-то далеко, занятые земляными работами на берегу Туманихи, разговаривают старатели. Изредка, поскрипывая утлой дверью, из избы на улицу и обратно проворно выбегает Ченка. Она суетится, собирает немудрёные вещи в дорогу и, который раз проверяя, что не забыла, вновь и вновь тормошит свою потку. Неподалёку от избы на кедровой чурке сидит Загбой. Он неторопливо курит свою трубочку, периодически посматривает на дочь, о чём-то вспоминая, как бы случайно прикрывает ладонью бельмо и горько усмехается.

В доме суета. Глухо стучат двери комнат, негромко гремит посуда. Пелагия по-хозяйски отдаёт последние распоряжения. Завтра она уезжает в город. После семи лет заточения. Женщина учит Калужиху, жену старателя, как вести хозяйство. Затем, как будто о чём-то вспомнив, выбегает на улицу, торопливо семенит к домику Ченки. Они едут вместе, и надо ещё раз обсудить все мелочи предстоящей поездки — что брать в дорогу.