— Я подъеду, как только мы закончим работу, если вы не возражаете?

— Нисколько, — задумчиво ответил Ульф.

По привычке Ульф, прибыв домой, поднялся сразу на второй этаж. Он постучал в дверь, и ему разрешили войти.

В комнате на стуле сидел, не горбясь, его дед Ульвхедин и выглядывал в окно. Родители Ульфа, Ион и Броня, умерли, так же как и его бабушка по отцовской линии Элиза, а вот Ульвхедин, девяносто шести лет от роду, был жив и отнюдь не выглядел немощным.

— Как там прошло с затором на лесосплаве? — спросил старик, всегда старавшийся следить за происходящим.

— Нам удалось, в конце концов, с ним справиться, — вздохнул Ульф, довольный хорошо выполненной работой.

— А что за несчастный случай у вас произошел?

Ульф вовсе не был удивлен, что дед об этом уже знал.

— Сын Нильса Эдвин попал в затор на реке. Элизабет оказалась искусным лекарем.

Он рассказал о случившемся, сел на скамью и зажег свою трубку.

— Да, она хорошая девушка, — согласился Ульвхедин.

Ульф не стал рассказывать о новой — мягкой и женственной — Элизабет. Он сказал лишь:

— Она стала своего рода гибридом. Обыкновенная девушка с хорошими сторонами «меченых»."

"— Это верно. Я рад, что вы назвали ее в честь моей Элизы.

Внук глубоко затянулся и встал.

— Во всяком случае, мы все так счастливы, что маленькой Шире удалось справиться с кошмаром, столь долго мучившим наш род. На душе спокойно, когда знаешь, что ни один новый несчастный уродец не родился. И не родится в следующем поколении.

Ульвхедин выглянул из окна.

— Зубы дракона, — медленно произнес он.

— Что Вы этим хотите сказать, дедушка?

Ульвхедин повернул свою безобразную, но любимую голову к нему.

— Дан, который так много знал, отец Даниэля, знаешь ли, рассказывал мне о герое греческого предания, который убил дракона и посеял его зубы…

— О да! И на этом месте выросли вооруженные воины?

— Совершенно верно! Так же обстоит дело и с проклятьем Людей Льда. Если от него избавиться, может появиться новый уродец.

— То есть, Вы хотите сказать, что подвиг Ширы недостаточен?

Старик не ответил.

— Но Элизабет тогда ведь…

— Элизабет ничто не мешает.

Ульф нахмурил брови.

— У Эрьяна есть сын, молодой Арв, которым в Сконе ужасно гордятся. Необычайно привлекательный парень с голубыми глазами. У Даниэля двое детей, сын Сельве и дочь Ингела. Мы же видели их обоих! Кареглазые и шумные, веселые, без следа рокового проклятья.

— Это так. Ничто не стоит на пути у этих четверых. Однако, Ульф… Однако зубы дракона уже высеяны!

Ульф долго изучающе смотрел на дедушку. Он медленно выпустил табачный дым из носу и вышел из комнаты.

Он беспокоился за Ульвхедина. Старику было бы гораздо лучше и свободнее в Гростенсхольме у Ингрид, но Тура об этом даже слышать не хотела.