— Пенсии?

— До глубокой старости или пока нам замену не найдут. Рингер хочет выжать из нас все возможное.

— Да!

— Но мы вывернемся. Завтра ты придешь к нему, извинишься…

— Чего? Извиняться?!

— Надо, пап, — вздохнула Ева. — Итак, ты придешь к нему, извинишься, скажешь, что посоветовался с братом, и вы согласны на его предложение.

— Рингер знает, что я с тобой советуюсь.

— Тогда скажешь, что с дочерью посоветовался. Трактир продадим, долг за взятку отдадим Рингеру, а вот остальные деньги потратим на другую взятку.

Эва и «взятка» не вязались, так что Брокк на всякий случай уши потер, проверяя, не подводят ли они его, и уточнил:

— Ты это о чем, дочь?

— Надо вырваться со Спуска.

Место изначально плохое, криминальное. Нужно продать трактир, отдать долг Рингеру и купить тебе место в гильдии. Ханкин один раз уже продался, продастся и второй раз, особенно если в два раза больше предложить.

— И я об этом думал, но бесполезно это: еще раньше, когда все было гладко, Ханкин меня не любил, а теперь даже и слушать не станет. Он мне даже слова сказать не даст.

— А мне кажется, даст. Он натравил на «Перец» инспекцию именно потому, что увидел твой успех.

Мы помогли заработать Рингеру, и можем помочь заработать Ханкину, и теперь наши слова не будут пустыми обещаниями, как раньше. «Перец» изначально и был трамплином для попадания в гильдию.

— Эва, охолонись, — сказал Брокк, — ты все не так видишь, как надо. Рингер человек опасный, он не упустит выгоду. Я покричал, да, побуянил перед ним, но только потому, что выхода нет. Мы крепко привязаны к Спуску и лучше не рыпаться. Сейчас мы нужны и нас не отпустят.

Сказать Еве «не рыпаться» – это то же самое, что велеть акуле не двигать плавниками.

— Папа, — сказала девушка, глядя в глаза Брокка, — просто доверься мне.

И Брокк знал, что доверится.

Глава 18

Слишком притих буянистый Брокк, и Рингер заподозрил неладное – наверняка его рыжая разумница-дочь придумала что-то. Пригласить бы ее снова да потолковать, но она что угорь скользкая – не схватишь. Зато ее кузен Симон добыча легкая, такого расколоть труда не составит. Рингер с этим тянуть не стал, пригласил парня к себе в кабинет.

— Что она задумала? — прямо спросил управляющий.

— Кто? — вымолвил Симон, попытавшись принять удивленный вид.

— Давай без этого всего, — дружелюбно протянул Рингер, — ты отлично знаешь, о ком я спрашиваю. Сестра твоя Эва – чего она хочет?

— Ничего… работать. Нам деньги нужны, вот мы и стараемся…

— Мне может вышибалу позвать, а, Симон? — вкрадчиво проговорил управляющий и хрустнул пальцами. — А то ты, кажется, забыл, на каких условиях я тебя в «Перец» взял. Правду, — резко изменил тон Рингер, и его взгляд стал ледяным.