За ужином на первом свидании сомнений у Генри и вовсе не осталось. Погибшая жена сидела перед ним. Но паладин растерялся — я ведь бросила его, стала монахиней. Он спросил, сама ли пришла к нему, хочу ли продолжения. Я согласилась, и тогда он решил начать всё заново. Без давления и требований ребёнка. Пожелал окружить заботой и любовью.

Конечно, Генри решил честно рассказать обо всех вариантах действий с моей магией, решил на детях больше не настаивать, выбор оставил за мной. Мой собственный.

Выйти замуж повторно предложить в тот момент он не мог — всё же носил траур. И каждый раз, когда я намекала о будущем, ему приходилось вилять и уходить от ответа. Хотя он сразу решил, что женится на мне снова через семь лет.

Только одно Генри сделать не решился — рассказать мне о том, кто я. Боялся, что не доверюсь, сбегу, и тогда меня вновь настигнет чёрная рука колдуна. Генри решил сперва уничтожить угрозу, а потом открыть мне всю правду. Считал — так надёжнее.

Но память вернулась ко мне раньше, и я, конечно, сильно разозлилась. Мы поссорились. Тогда Генри поговорил с моим отцом, и они решили разоблачить Ристуса по закону, на суде. Для этого им пришлось пожертвовать моим благополучием и позволить держать в заперти и кандалах.

Но Генри клятвенно заверил, что тщательно следил за моим состоянием, и если бы наступила малейшая угроза жизни, то он совершил бы восстание и похитил меня! Мы бы сбежали и спрятались. Незаконно да, но он сделал бы для меня всё.

Отец не стал рассказывать вперёд меня Генриху о ребёнке, как потом сказал мне: хотел, чтобы я сама насладилась этим чудесным моментом! И да, я до сих пор благодарна отцу,  вспоминая, как лицо Генри озарилось чистым счастьем, на ресницах выступили слёзы, а руки с трепетом сжали меня. В жизни каждой женщины должен быть этот миг!

Свадьбу сыграли в домашнем храме в Ревоше. Леди Элизабет счастливо приняла нас и от новости о внуке так сильно расплакалась, что мы долго все вместе её утешали.

Генри одобрил будущий брак Либретты и Самуэля, когда наша воспитанница достигнет совершеннолетия. Либи была счастлива.

Отец объявил меня наследной принцессой и попросил воспитать достойных королей Света.

Ну, и самое главное, мой любимый муж, магистр Даренфорс, которого избрали Верховным, разрешил женщинам учиться магии наравне с мужчинами и отменил Праведный Суд! Внёс соответствующие положения в кодекс Света. Я преисполнилась счастьем, потому что знала, он сделал это ради нашей дочки, которая росла у меня под сердцем.

И я пообещала Генриху после дочери родить ему самое малое — пятерых сыновей и собираюсь сдержать слово!

Всё, муж зовёт! Бегу!

Бонус-эпизод

— Генриетта! — раздался звучный голос мужа.

Я разлепила один глаз: солнце только-только начинало заглядывать в комнату.