Худой, лысый, все лицо в поту. Сил кричать у него уже нет, только стонет. Глаза закрыты, на хлопки по щекам, встрепенулся, опять закричал хриплым голосом.

— Помогите! Сил нет терпеть… ААА!

Так… делаем укол морфия. Сразу в шею, чтобы побыстрее. На такой травме это, конечно, как слону дробина, но ведь переборщить легко, а случись остановка дыхания — мы тут снаружи только помолиться сможем. Теперь пытаюсь перетянуть конечности. Зажевало ему сразу левую ногу и правую руку. Видимо, упирался ею. Раздробило в кашу — если выживет, то инвалид на всю жизнь. Тут стопроцентная ампутация, причем нога под пах.

Перетянул поверх костюма, как смог, на руке поближе к локтю. Обратно вылез словно вампир, напившийся крови. Рабочие даже отпрянули прочь.

— Как он там? — поинтересовался Доброклонский. Который не изъявил никакого желания лезть в машину. Оно и ясно — не по чину действительному статскому советнику пачкаться. А вот Склифосовский не побрезговал. Жестом затребовал мой халат, уточнил обстановку.

— Раздроблены левая нижняя конечность до уровня нижней трети бедра и предплечье правой руки, до локтя практически.

Сделал укол морфия и наложил жгуты. Надо ампутировать на месте, но там не развернуться совсем… Придется сначала доставать.

Я посмотрел на Степана, тот покивал: «Потороплю их там», — пошел к выходу. Пока Склифософский лазил в машину, я отошел в сторону, попытался хоть немного очиститься от крови. Вернувшись, потребовал брезент. Если подложить его под «зажеванного», то можно будет сразу на нем и увезти в заводскую повозку, которую уже подготовили возле ворот.

Доброклонский позвонил с заводского телефона в клинику, приказал готовить все к ампутации.

А тут и новый домкрат принесли. Но быстро вице-директора не вытащили. Еще полчаса рабочие возились с заклинившим механизмом, Островский очнулся, опять орал. Поколебавшись, сделал второй укол морфия.

— Николай Васильевич, — обратился я к Склифосовскому, когда вернулся обратно в валу. — Сегодня на ужине был Адольф Александрович Реммерт — главный военно-медицинский инспектор.

— С чего бы вы его вдруг вспомнили? — удивился врач.

— Мы часто накладываем жгуты на авариях разных, — пожал плечами я.

— Это быстро, это работает. Почему бы не предложить армии простую носимую аптечку? Жгут, бинт, таблетки с активированным углем… Прямо так, с наскоку не скажу, но думаю, что было бы полезно

— Уже начались поставки угля в аптеки? — Склифосовский вытер кровь со щеки. — Я, признаться, что-то слышал от московских коллег.

— Начались. Там очень простая технология производства. У Келера освоили буквально за неделю.

Николай Васильевич подхватил меня под локоток, отвел в сторону, подальше от матерка работяг.