– Здравствуйте, профессор Норс, – поздоровались мы с ректором.

– Бьете рекорд, – хмыкнул тот вместо приветствия.

– Что-то не очевидна причина столь сильного гнева магистра, – спокойно проговорил Эрик, как всегда, взяв на себя переговоры.

– Магистр Шарти, оказывается, отклоняла просьбы профессора Кросмана об уборке злополучного склепа, – пояснял ректор.

– И мы тут при чем? – приподнял бровь Дарквотер.

– А вы его убрали, – указал на очевидное Норс.

– По вашему поручению, – напомнил Эрик.

– Не без этого, – согласился ректор.

Я кинула взгляд на магистра. Она была в гневе! Вся такая напряженная, глаза сверкают, губы сжаты в тонкую линию. Сразу видно, Шарти хочется назначить кого-нибудь виноватым, но назначать придется ректора, а это вызывает некоторые сложности.

– Можем намусорить обратно, – предложила я.

– Ну зачем же, – процедила Шарти, – нет более бессмысленного занятия, чем разводить бардак в порядке.

– Ну мы пойдем тогда? – внес конструктивное предложение Эрик. – Раз все прояснилось.

– Идите, – благосклонно кивнул Норс.

Я уже даже почти успела облегченно выдохнуть, как Шарти встрепенулась:

– Бонфаер!

Внутри возникло неприятное такое ощущение надвигающейся проблемы.

– Забыла тебе сказать, – проговорила Шарти, плотоядно смотря на меня, – в этом году ответственная за банкет на балу – ты.

Остро захотелось перевестись куда-нибудь на боевой факультет. Можно даже к некромантам.

– А Дарквотер будет тебе помогать, – вдруг вставил ректор.

– С чего бы это? – приподняла бровь магистр.

– Для поддержания исторической справедливости, – широко улыбнулся Норс.

В жизни больше никогда не буду пить кофе!

Глава 5

Из кабинета ректора я вылетела, полыхая от гнева. Практически в прямом смысле.

– Бонфаер, от тебя проплешины на ковре! – взвизгнула Луиза, но я даже не обернулась на вопли ректорской секретарши.

– Руби! – окликнул меня Эрик. – Руби!

– Да что тебе?! – воскликнула я, замерев посреди лестничного пролета.

– Во-первых, ты горишь, – произнес Дарквотер, медленно спускаясь ко мне.

Я посмотрела на сжатые кулаки и действительно, между пальцев то и дело проскакивали язычки пламени. Пришлось потрясти ладонями, сбивая огонь, от чего лицо у Эрика приняло умиляющееся выражение. Как будто котенка, играющего с бантиком увидел, ей-богу.

– Во-вторых, – продолжил парень, когда я сбила пламя и снова стала готова огрызаться. – Что ты так рассердилась? Ты же любишь готовить.

– Но не на несколько сотен человек за раз же! – воскликнула я. – Ты хоть представляешь себе, сколько это работы?!

– Нет, – честно ответил Эрик.