Рядом со скорой замечаю носилки, вокруг которых много специалистов в униформе. На носилках лежит Андрей.

Его лицо осунувшееся, покрытое мелкими царапинами. Расталкиваю людей и наконец-то обнимаю его…

Слезы душат опять, ничего не могу с собой поделать.

Я верила, ждала, молилась почти двое суток… Но в глубине души, подсознательно готовила себя и к худшему тоже… Так устроен человеческий мозг. Он просто не может не думать о плохом. Невозможно себя заставить верить только в лучшее.

Как ни старайся.

Андрей слабо обнимает меня за шею и упирается в неё носом, втягивая мой запах:

— Тш-ш… Настя… Вот он я… — шепчет на ухо.

— Я так испугалась, — выдаю сквозь рыдания.

Не верится.

— Знаю, любимая. Я тоже. Пиздец как… — его голос дрожит, так же, как и все тело под тёплым одеялом, которым он укрыт. Меня предупреждали, что, скорее всего, из-за холодных ночей будет переохлаждение организма.

Поднимаю голову и покрываю его лицо короткими поцелуями. От него пахнет костром, лесом и немного потом, но мне все равно. Разглядываю ближе любимое лицо, его глаза лихорадочно горят, скулы покрыты румянцем.

Целую лоб, по-моему, у него жар.

— Не реви больше, — просит он тихо, перебирая пальцами мои волосы.

— Не буду, — обещаю ему, осторожно целуя сухие потрескавшиеся губы.

Сотрудник скорой помощи, все это время деликатно молчавший, откашливается:

— Мы отвезём вас в больницу, необходимо сделать рентген и обследоваться.

— Я поеду с ним, — тут же сообщаю. Ни за что его не отпущу одного.

— Не положено, — заявляет фельдшер.

— Разберёмся, командир, — шутит сбоку Глеб, подходя ближе к носилкам. Заглядывает в лицо брату. — Уже нагулялся?

Андрей горько усмехается.

— Прогулка вышла что надо!

Спасатели загружают носилки внутрь машины. Я, попрощавшись с Ксюшей, спешу занять место рядом.

— Глеб, довези Ксению до её машины, пожалуйста.

— Я сама доберусь, — отвечает девушка упрямо.

— Ладно, езжайте. Разберёмся, — отвечает старший Громов с издёвкой, закрывая тяжёлую дверь автомобиля.

До городской больницы едем, взявшись за руки. Андрей дремлет, периодически открывая глаза. Постоянно проверяю его сбивчивое дыхание. Оно такое горячее. Блин.

— Люблю тебя, — шепчет мне с закрытыми глазами.

— И я тебя люблю. Поспи.

Не верю, что он здесь, рядом."

"Врачи довольно быстро проводят все необходимые в таком случае манипуляции. Перелома нет, небольшое растяжение связок. Организм крепкий, поэтому, в целом, всё в порядке. Наложив на повреждённую ногу шину, предлагают остаться в стационаре, но Андрей категорически не соглашается, подписывает официальный отказ и нас отправляют домой.

Зайдя в квартиру, помогаю ему раздеться.