Только узнаю, что кто-то пристаёт к ней, силой возьму её.

Даю возможность ей полноценно дышать, чуть отходя назад. Если не остановлюсь, то не будет возможности сделать это потом.

— Хочешь в школу — иди. Но если я узнаю, что хоть один представитель мужского пола околачивается возле тебя, то я не ручаюсь за своё поведение, малышка.

Глава 19. Я сделаю тебя ещё более немощной.

Глаза приросли к её силуэту, уходящему от меня на целый день. Когда дома нет меня – пускай, ладно, она ведь ждёт, ничего не в силах с этим сделать. Но когда осознаю, что целый день я проведу без неё, а у неё будет кипеть своя жизнь, что вокруг неё будут сотни одногодок мужского пола, сразу тело содрогается в конвульсиях.

Я прекращу это. Обязательно прекращу.

Я тщательно следил, чтобы она дошла до входа в школу одна, без кого-либо идущего рядом. И только она маленькая девочка зашла внутрь – сразу достаю телефон и звоню по номеру, который стоит на быстром звонке.

— Да, — отвечает мне парень, — Доброе утро. Чем обязан? Не то, чтобы я не рад, напротив. Встречи с тобой обещают быть очень выгодными, поэтому, повторюсь, чем обязан?

— Ты уже в школе? — я старался говорить быстрее и по теме, чтобы не упустить ни одной секунды.

— Нет, выхожу только."

"— Ладно, — пытаюсь не терять спокойствия, — опаздывать нехорошо, но раз ты и так задерживаешься, то загляни ко мне в машину.

— Даже не знаю, мне кажется, мы мало знакомы, — проговорил тот и засмеялся своим хрипящим голосом в трубку, даже страшновато стало, ему бы фильмы ужасом озвучивать.

— Я мог бы заплатить тебе вдвое, а то и втрое больше, если бы ты был полезен.

Долго уговаривать парня не пришлось. Поэтому я сказал, где будет стоять моя машина, какие номера и сбросил.

Немного отъехал от школьного двора, на то есть свои причины, а именно Ксандра, которая пугала меня одним своим именем. Увидит меня — не отвяжется. Полин увидит нас — в жизни не оправдаюсь, не найду слов, отговорок. Ведь даже с её... Неразвитым детским мышлением она всё поймёт. Единственное, что хорошо развито в ней — это невероятно чистая любовь, хотя, даже «любовь» слишком слабо сказано. У неё это что-то возвышенное, что можно принимать от неё бесконечно с упоением на сердце, впадая в беспамятство.

— Тук-тук, — я услышал заглушённый стук, а за стеклом — Джоеп, строя какие-то неуместные рожицы.

— Залезай быстрее, — говорю я, протягивая и открывая ему дверь. — Я тебе ещё дверь открывать должен?

— Но это же ты меня пригласил. По правилам приличия, вроде как, должен.

— Слушай, Джоеп. Мне очень нужна твоя помощь.

— Я предпочитаю слово «услуги», ведь за помощь не платят, — он умничал, пытаясь напомнить мне о части с оплатой.

— Называй, как хочешь. Получишь деньги. Не обижу. Только сделай, что надо.

— Любые причуды за ваши евро.