Рыжая понравилась покупателям, поэтому они бойко предлагали ставки, выкрикивая со своих мест. Особенно усердствовал тот самый узкоглазый здоровяк, мимо которого я как раз проходил.

— Давненько у меня рыжей не было, — он с гадким смешком обращался к своему соседу, — они знаешь какие? Ух! Огонь! Сопротивляются, царапаются, но как волосы на кулак намотаешь, да носом в койку уткнешь, так и затихают.

Пффффф…

Вот поэтому я и не люблю Кемар. Плохое место. Мало того, что твари из Запределья в наш мир лезут, так еще и среди местного населения полно сволочей.

Жалко девчонку, но не до нее сейчас. У меня дела есть поважнее, чем возиться с рыжим найденышем.

В два шага преодолел расстояние до двери и уже потянулся к ручке, как снова услышал сальный голос узкоглазого, перебивающего предыдущую ставку.

— Семьсот.

Взялся за ручку и раздраженно дернул дверь на себя.

— Семьсот пятьдесят, — раздалось в другого конца зала.

— Восемьсот! — снова прогремел любитель наматывать чужие волосы на кулак.

Я остановился, прикрыл глаза, пытаясь совладать с непонятными порывами.

— Девятьсот!

Запястья жгло так, будто к ним приложили раскаленную подкову. Надо идти. Один шаг. Переступить через порог, закрыть за собой дверь. Переместиться. Все просто.

— Тысяча!

Да, чтоб тебя!

Против воли обернулся. Девчонка рыдала вовсю, а вокруг как коршуны вились торгаши. Ее бабка жадным взглядом с одного на другого перебегала и так искренне радовалась каждой новой ставке, что меня затошнило от отвращения.

Боль в руках пульсировала, нарастая с каждым мигом, а я не мог уйти. Просто не мог. Возможно, я потом пожалею об этом, но сейчас мне плевать на последствия:

— Полторы тысячи!

Узкоглазый крякнул и недовольно обернулся в мою сторону. Я проигнорировал его взгляд, только кулаки сильнее в карманах сжал, удерживая вторую сущность, которая была готова устроить кровавую расправу.

— Тысяча шестьсот, — он все-таки перебил мою ставку.

— Две! — я злился все сильнее. Браслеты полыхали так, что казалось, еще пара минут и прожгут плоть до самого мяса.

Он снова на меня обернулся, в этот раз окатив весьма ощутимой угрозой.

— Две сто, — снова поднял ставку. Остальные уже молчали и не совались. Не всякий готов отдать за простую девку гору золотых, будь она хоть трижды рыжая.

— Три, — произнес хладнокровно, не обращая внимания ни на ропот, пронесшийся среди покупателей, ни на ужас в глазах невольницы."

"Вся выдержка уходила на то, чтобы не обратиться. Боевая сущность реагировала на браслеты, тянулась за ними, рвалась на волю, в бой.

У Барьера явно были проблемы, а я теряю здесь время впустую!

— Кто предложит больше? Посмотрите на товар? Ладная, красивая, волосы — как огонь, кожа — как нежнейший шелк.