Зашибись!

Джинн, о котором и так слава не очень хорошая, и зареванная девчонка. Теперь все подумают, что я совсем с катушек слетел и таскаю к себе беспомощных девиц, чтобы жестоко над ними надругаться.

Вот что за нелегкая занесла меня в этот поганый Кемар, да еще и в торговый дом?

Овеон побагровел и сделал шаг ко мне.

— Я сейчас, — бросил ему коротко и устремился в сторону ближайшего дома, чуть не волоком таща за собой рыжую. Мне кажется, она была уже на грани того, чтобы свалиться в обморок.

— Хельм! — пророкотал командующий лагерем, — ты совсем…

— Минуту! Сейчас вернусь! — толкнул плечом дверь и ввалился внутрь дома.

Моя комната располагалась на втором этаже. Чтобы не терять времени, прихватил свое рыдающее имущество поперек талии, закинул себе на плечо и бегом наверх. У нее сердце билось, словно птица в клетке. Девушка едва дышала, а ее страх был настолько осязаем, что чувствовался кожей.

Я кое-как отпер дверь и заскочил внутрь, чувствуя, что еще мгновение и вместо рук у меня останутся две головешки. Овеон не снял призыв с браслетов и по-прежнему требовал, чтобы я немедленно явился под его светлые очи.

— Значит так, — поставил ее на ноги и махнул рукой, обводя скупую обстановку, — это моя комната. Ты сидишь здесь и никуда не выходишь! Поняла?!

Она смотрела на меня широко распахнутыми, прозрачными от слез глазами.

Вот горе луковое!

— Кивни, если вообще понимаешь, о чем я, — рявкнул раздраженно.

Она испуганно вздрогнула, отшатнулась, а потом медленно, через силу кивнула.

Вот я дуб. Еще больше запугал. Ладно, потом разберемся.

— Мне надо уйти. Срочно! Поговорим, когда вернусь, — снова бросился к двери, но на пороге обернулся, — ты меня поняла? Никуда не выходи!

С этими словами выскочил на площадку, а сквозняк так дверью хлопнул, что весь дом чуть не развалился. Эффектно вышло. Молодец. Чтоб уж наверняка довести бедную рыжулю до припадка.

Через пять секунд я уже стоял перед разъяренным Овеоном."

"— Ты совсем стыд потерял??? — набросился на меня он, — своих девок уже начал в лагерь таскать?

— Я…просто… — промямлил невнятно, потому что даже самому себе не мог объяснить, как умудрился в такое вляпаться.

— Чтобы через пять минут духу ее в лагере не было! Ты меня понял? — командующий был ниже меня на целую голову, но выглядел очень свирепо.

— Не получится.

— Еще как получится. Правила для всех одни. Никаких исключений. Даже для тебя! В Дестине не должно быть посторонних. Никаких мам, пап, старых приятелей и жриц любви! Последних особенно! — он продолжал меня отчитывать на виду у всех.

Солдаты не знали куда деваться, маги делали вид, что ничего не слышат, а зато остальные джинны угорали не скрываясь.