Что-то спрашивают, призывно улыбаются, поправляют волосы. Явно набиваются. Словно кричат во весь голос.

Возьми нас! Ну хоть посмотри! Мы же такие красивые! И на все согласны. Только обрати на нас внимание!

Но Федор морщится недовольно. Делает знак освободившемуся Ефимову, и тот технично оттесняет девиц в сторону.

А сам Анквист, увидев меня, идет навстречу.

— Оль, ну сколько можно? Я уже забодался ждать, — смотрит он на свой швейцарский Брейтлинг.

— Давно ждешь? — фыркаю изумленно. Вглядываюсь в мрачное лицо Анквиста и пожимаю плечами. — Ты написал, я сразу пришла.

— Едем. Устал я. Дома поругаемся, — открывает дверцу. Помогает мне усесться и сам плюхается рядом. — Домой, Дима, — вздыхает устало и по привычке лезет обниматься.

Машина трогается. А я инстинктивно оглядываюсь назад. И в ужасе мажу взглядом по Тане и Люде, в изумлении застывшим посреди парковки.

Глава 45

Два месяца спустя

«Вот чего людям неймется?» — размышляю я, подъезжая к пятиэтажке на окраине Шанска. Смотрю на темные окна.

— Кажется, дома красавица, — усмехаюсь хмуро. — Вон, в коридоре свет горит, — киваю на тонкий отсвет, виднеющийся из кухни."

"— Дома. Дома, — вздыхает Андрюха. — Пацаны вон пасут. Еле нашли, бро. Кто бы мог подумать?

— Ты еще скажи, что на контрразведку работает, — цежу, оглядываясь по сторонам. Пока Дима ищет место, где прибомбиться, замечаю двух своих бойцов на качелях.

— Еще двое в беседке, — докладывает Ефим.

— И один у соседки, — ухмыляюсь, доставая из кармана айфон.

— А? Нет. Там напротив бабка старая с сыном живет. Другая хата стоит запертая. И во всем подъезде ни одной молоденькой телочки, — отмахивается мой безопасник.

— Вот ты бестолочь, Ефимов, — как наша математичка в десятом классе, роняю раздраженно. — Я что, кому-то личную жизнь устраиваю? Сплю и вижу, чтобы кто-то за мои бабки пошпилился?

— Да нет… Ты не так понял, бро, — оправдывается Ефим. Но я уже не обращаю внимания. Тыкаю пальцем в самый часто используемый контакт. Улыбаюсь маленькой фотке, с которой мне улыбаются Оливия и Дамир.

Родненькие мои.

Кивком головы прошу Ефима выйти. А вместе с ним выходит и Димон.

Длинные гудки бьют в ухо, а сердце трепыхается от страха. Где моя Олечка? Может, случилось что?

— Да, Федя, ты где? — тут же откликается она. — Когда будешь?

И я выдыхаю. Все хорошо. Действительно, все хорошо.

— Да я тут по делам в Шанске. К Петровичу заезжал. С киатйцами по зуму перетерли, — поморщившись, тру переносицу. — Сейчас еще поболтаю кое с кем, и к тебе, чижик.

— Не задерживайся, — требовательно выговаривает моя девочка. — Завтра в девять к нам приедет организатор свадьбы. Надо прогнать весь сценарий…

— А я думал, организатора прогнать. Это я мигом, — счастливо смеюсь в трубку.

— Федя, — укоризненно выдыхает Оливка.