— Лера, ты только бойца моего покорми, ладно? — роняет Федор мягко. — И особо не хлопочи. Сейчас по пятьдесят выпьем за наше счастье, и по домам.

— Как скажешь, — пожимает плечами Лера. — Мне несложно.

— Закуску какую-нибудь сообрази. И хватит. Не время поляну накрывать.

Вроде бы как беспокоится о хозяйке, а получается, и тут облом. На ходу опрокинули по рюмашке и разбежались.

— Совет да любовь, — весело тянет Морозов, поднимая стакан с виски."

"Такой же зажимает в заскорузлой пятерне Анквист. А нам, девушкам, положено сухое белое. Я его терпеть не могу. Но кто бы поинтересовался.

— Горько! — озорно выкрикивает Лера.

Федор по-хозяйски притягивает меня к себе. Инстинктивно тянусь к нему под привычный вздох Дамира.

— Мама моя… Мася. Папа — кака.

Малыш отталкивает Федора и перелезает ко мне на руки.

В горле перехватывает от накатившего ужаса. Лайму только сегодня похоронили, а мы уже женимся. Не по-людски как-то!

Но Анквисту все нипочём. Затыкает мне рот требовательным поцелуем и, на силу оторвавшись, косится на Дамира.

— Маленький предатель.

Все смеются, а Федор, поднявшись с места, снова командует.

— Все, Олечка, поедем. Людям спать пора. Завтра на работу. Да и нам бы хоть к часу ночи домой вернуться.

Снизу вверх растерянно смотрю на высокого крепкого мужчину в мятом свитере и джинсах. Залипаю взглядом на широких плечах, на жестких морщинках, застывших на лице, на умных серьезных глазах, равнодушно скользящих по мне и Дамиру.

Буду ли я счастлива с Федором? Или через год разбежимся? У меня нет ни ответа, ни уверенности отменить этот безумный фарс. Будто что-то затягивает в бездонную воронку. Ни выплыть, ни позвать на помощь.

— Да, конечно, — послушно поднимаюсь с места. Деваться мне по-любому некуда.

«Может, съехать в общагу? Как вариант!» — веду мысленный диалог, но и оставлять ребенка Анквисту не хочу.

А значит… Положение мое безвыходное.

Вместе с Дамиром поднимаюсь наверх по деревянным лакированным ступеням. Наскоро переодеваюсь сама, одеваю ребенка. Прикусываю губу от отчаяния. И оборачиваюсь на стук открываемой двери.

— Можно? — в комнату входит Лера.

— Да, конечно, — выдыхаю тихонечко.

Мне бы только не расплакаться сейчас. Не кинуться на грудь малознакомому человеку и не выплеснуть все свои обиды, горести и страхи.

Нельзя. Надо сначала поговорить с Федором. Может, не все так страшно, как мне кажется.

— Все в порядке? Ты действительно выходишь за нашего Федьку по любви? — смотрит на меня внимательно Лера. В усталых глазах виднеются тревога и участие.

Хорошая племянница у Федора. Но она его человек. И мне нет смысла с ней откровенничать. А я… теперь точно осталась одна. Даже посоветоваться не с кем.

— Все хорошо, Лер, — киваю я, надевая на Дамирку ботиночки.