Не случайно же не вызывает он его к себе и не дает никаких заданий…

Стрельцов вызывает Карцева лишь в конце рабочего дня. Кивком головы приглашает сесть на диван, стоящий у стены против стола, а сам, будто испытывая терпение лейтенанта, продолжает перебирать какие-то бумаги в своей папке.

— Вот что, Леша, — произносит он наконец таким тоном, будто и не было у них вчерашнего неприятного разговора, — отнесите на подпись полковнику Ковалеву эту вот бумагу да закажите на завтра машину. Поедем с вами на станцию Дубки. Нам потребуется там фотоаппарат.

— А следственный чемодан?

— В нем не будет пока надобности. А вот бинокли, пожалуй, пригодятся.

Они выезжают ранним солнечным утром. Карцеву очень хочется поговорить, а капитан, как нарочно, молчит всю дорогу, погруженный в раздумье.

«Сколько людей и который уж год ломают голову над причинами преступности в нашей стране, — размышляет Стрельцов. — Нелегкий вопрос, конечно… Считается, что главная причина в антиобщественных взглядах и привычках. Но ведь это слишком абстрактно… А как в каждом отдельном случае? Как формировался, например, такой бандит, как Сашка Козырь?.. Что Петра Жукова на ту же дорожку толкнуло? Парень из рабочей семьи… Рано остался без отца? Да, это немаловажно. Рано стал хорошо зарабатывать и пить? Это тоже… А может быть, еще п пагубное влияние такой «сильной личности», как Козырь? А это уж вне всяких сомнений!..»

Капитан невольно вздыхает. В голову лезут мрачные, противоречивые мысли.

«А если Жуков все еще под его влиянием? Судя по всему, он слабоволен. Не мог разве Козырь, вернувшись в старые края, припугнуть его, как прежде?.. А если так, то ничто не исключено…»

Нет, в это капитан не хочет все-таки верить. Он даже встряхивает головой, чтобы рассеять эти мысли.

Но вот наконец и Дубки!

В Дубках Стрельцов со своим помощником тщательнейшим образом изучает косогор, с которого отчетливо просматриваются самые отдаленные уголки станционной территории. На главном пути стоит только что прибывший товарный состав. В бинокль они отчетливо видят на стенках вагонов меловые надписи."

"— Действительно, все как на ладони, — задумчиво замечает капитан. — Лучшего места для обзора станционных путей и поездов трудно подыскать. Прав, пожалуй, полковник Ковалев…

Сделав несколько снимков станции с разных точек косогора, капитан посылает Карцева в почтовое отделение рабочего поселка, а сам направляется на станцию.

Представившись начальнику станционного почтового отделения, Стрельцов ознакомил его с санкцией прокурора на просмотр телеграмм, принятых и отправленных в этом месяце.

Не менее часа уходит у капитана на просмотр бланков, исписанных разными почерками.