Мне почему-то не понравилось его настроение, и я осторожно спросила:

— Вы снова туда? За линию фронта?

Аслан поправил вещмешок и положил руку на автомат.

— Такая работа.

— Какое же наступление без нас, разведчиков? — добавил Володя. — Мы всегда впереди, да и языка захватить надо, чтобы потерь меньше было. В прошлый раз немецкого капитана приволокли, так он с перепугу всё расположение части выдал и план нарисовал. — Его рот презрительно скривился. — Фашисты только в стае смелые, как дикие собаки. Им нас никогда не победить.

Ребята стояли рядом, сильные, крепкие, улыбающиеся, и я вдруг испугалась, что они сейчас уйдут так же, как Игорь, и больше никогда не воротятся назад.

Я прижала руки к груди и взмолилась:

— Володя, Аслан, пожалуйста, очень вас прошу, не лезьте под пули! Будьте осторожны… — Сглотнув ком в горле, я полушёпотом добавила: — Не хочу стирать вашу одежду после похоронной команды.

Володя кашлянул в кулак:

— Не бойся за нас, мы крепкие мужики. И вообще заговорённые.

На мой удивлённый взгляд он несколько раз кивнул головой:

— Правда-правда. Не веришь — спроси Аслана. Мы с ним однажды забрели в глухую деревню, а там бабка на печи.

Ножки тоненькие, ручки как прутики, а сама вот такая толстая. — Володя раскинул руки по сторонам. — Снимите, говорит, сынки, меня с печи, а то мне самой не слезть. Ну мы бабуле помогли, банку тушёнки и хлеба ей оставили, а когда прощаться стали, она взяла веник у порога и каждого три раза по спине ударила. Мы с Асланом обалдели и вежливо так спрашиваем: «За что, бабуля, ты осерчала? Вроде бы мы тебя никак не обидели». А она в ответ: «Это я вам, сынки, заговор такой делаю, чтобы никакая пуля вас не взяла». В общем, как говорят: «Не поминай лихом!»

Я по очереди обняла каждого и пошла к своей стирке, думая, что жизнь справедливо состоит из расставаний и встреч, но очень хочется, чтобы эти числа полностью совпадали.

* * *В вечерней сводке Совинформбюро на всю страну прозвучали заветные слова, эхом отозвавшиеся в моей душе:

«На одном из участков фронта наша часть выбила гитлеровцев из населённого пункта Лапино. Пехота под прикрытием артиллерийского огня прорвала передний край обороны противника и заняла важную высоту. Враг несёт большие потери.

В ходе боёв артиллерия за один день уничтожила 20 немецких ДЗОТов, 2 артиллерийских батареи, 11 наблюдательных пунктов и подавили огонь 5 миномётных батарей противника».

* * *Грузовик тряхнуло на выбоине от снаряда, и я подпрыгнула, едва не ударившись головой о кабину. Несмотря на тряску и пыль, ехать в полуторке было не в пример приятнее, чем тащиться пешком за телегой, наполненной вёдрами, корытами, ящиками мыла и всяким другим скарбом, который приписан к обозу тылового обеспечения.