— Скажи, Михайло, а правду казаки бают, что ты знатные стихи написал, про Бородино? На всю Рассею известные. — спросил Фрол.

— Ну, так и на всю? — отшутился Миша.

— Да ты не журись, Михайло, ежели полковник сказал, значит так оно и есть: Таких, как Лермонтов беречь надо, а он балбес сюда приперся, нет чтобы в поместье сидеть и стихи знатные писать. Так и сказал.

— Сам то вон какие песни сочиняет и ничего, воюет так, что оторопь берёт. — добавил Филимон. — По всей линии известны его дела.

— Ладно, братцы, обсуждать начальство, за глаза, дело не благодарное. Давайте спать укладываться.

Михаилу было приятно чувствовать то с каким уважением относятся к нему командиры будущих сотен, простым, без придыхания. Вспомнилась бабушка, Елизавета Алексеевна, очень властная и в то же время любившая меня беззаветно. Мой ангел хранитель. Получил письмо перед выходом. Жалобы на то, что «любезный Мишенька» не навещал старушку уже долгое время. По началу она очень перепугалась, когда узнала, что её Мишенька отправлен служить на Кавказ и собралась ехать в Петербург спасать внука, но получив моё письмо с разъяснениями, долго не могла успокоиться. А узнав об участии в деле при обороне Армянской области и награждении орденом, немного успокоилась. Потом всё равно отругала, что я подвергаю себя смертельной опасности.

— А, командир, тоже хорош, сам такое творит, подвергает себя опасности, а меня «балбесом» обозвал. Вот у кого талант, самородок. Это его беречь надо.

Ноги гудели, тело немного ломило, но как только голова коснулась изголовья, провалился в сон.

* * *Ранним утром я уже проснулся и сидел разминая тело. После водных процедур у ручья позавтракал кашей, которую приготовил Аслан. Попросил Аслана говорить со мной на черкесском, стараясь улучшить свои знания. Я уже понимал на достаточно хорошем уровне, говорил правда коряво. Аслан деликатно поправлял мои погрешности. Все бойцы идущие со мной собрались.

— Командир, готовы. — доложил Савва.

— Костя, двоих в дозор, тронулись. Начался неторопливый подъём. Мы шли размеренным шагом внимательно осматриваясь. К обеду прошли треть пути достигнув первой площадки. Участок дороги, длинной метров пятнадцать, со значительным расширением до десяти метров шириной.

— Дальше будет ещё один такой же выступ, — сообщил Исхак, окидывая местность опытным взглядом. — Но поменьше и поуже. Можно ждать караван здесь, а можно пройти дальше.

Что-то меня беспокоило, решил идти к следующей площадке.

— Всё бойцы, двигаем дальше.

К вечеру подошли к намеченной цели. Удобно расположились и стали готовиться к ночлегу. На такой высоте растительность была очень скудной и уже стемнело. Каждый боец нёс с собой небольшую связку дров из толстых сучьев.