И тут мне вспомнились цивилизованные европейцы с нашими не братьями и особенными прибалтами, которые с каким-то садистским удовольствием разрушали и оскверняли памятники солдатам Красной армии. Видно моё лицо перекосила гримаса.

— Ты чего, командир, вспомнил чего нехорошее? –спросил Савва.

— Да так, вспомнил, как по голове получил. — Соврал я.

— Радуйся, что так всё обошлось. Только стукнули, а не развалили голову то. — усмехнулся Савва. Что-то зашебуршилось в душе и я запел.

Расцветали яблони и груши, поплыли туманы над рекой….

Бойцы дружно подхватили и расцветили песню разными голосами и свистом.' Нам песня жить и пёхом ходить помогает.' — как говорят мои бойцы, а они понимают толк в многокилометровых маршах. Мы прошли вёрст сорок или около того.

— Миша, нас не жди. Будь осторожен, всё, как положено на боевом выходе.

— Понял командир. Может подождать тебя?

— Нет смысла, не знаю точных сроков. Действуй по плану. Трогай.

Я, с разведкой Кости, кроме Азамата, который остался формировать полусотню и моими гавриками двинулись к перевалу. Исхак вел нашу группу уверенно. Двигались конно. Природа бушевала зелёными красками, кричала и радовалась теплу и солнцу, щебет птиц, стрекот цикад и масса других звуков. Но глаза и слух не реагировали на эти проявления природной красоты. Мои глаза выискивали несоответствие предметов и вещей в данной местности, а слух отсекал всё лишнее, стараясь отслеживать посторонние звуки не вписывающиеся природную симфонию. Вот так грубеет и черствеет душа человека находящегося на войне. Два бойца шли в передовом дозоре.

— Командир, что делать будем? — Спросил Савва

— Встречаем караван с нужными людьми. Приблизительно семь, восемь человек, две женщины, может больше. Семья Хайбулы.

Эркен, Савва и Костя ехавшие рядом кивнули.

— Нужно доставить к нам на базу и временно спрятать.

— Может лучше у Ромы разместить, — скептически заметил Эркен. — На базе куча народа, им не выйти из дома, а у Ромы двор отгорожен, лишний взгляд не зацепится. Выставим дополнительную охрану и им полегче будет.

— Согласен, так и сделаем.

Мы остановились у начала подъёма на перевал. Дороги, как таковой, не было. Широкая тропа, метров пять, шесть. Движение только пешком или на лошади. Перевозка на телеге или арбе была бы весьма затруднительна. Небольшая поляна со следами кострищ и маленьким ручьём. Идеальное место для стоянки. Одна сторона упиралась в гору с крутым подъёмом, можно было не опасаться нападение с этой стороны. Дал команду на остановку и ночлег.

— Господин, лошадей лучше оставить здесь, пешком передвигаться удобней. — Посоветовал Исхак.

— Сколько идти до вершины?

— Если идти пешком и выйти рано утром, к вечеру можно дойти, но подниматься будет очень трудно.