Но потом следователь повернулся к подругам и с невыразимым презрением в голосе неожиданно произнес:

– Так говорите, ваш хороший знакомый?

Больше он ничего не прибавил. И вообще разговаривать с девушками не стал, чтобы они почувствовали всю праведность его гнева. Но из районного отделения забрал всех троих. Костика везли под конвоем и в наручниках. А подруги пока что оставались свободными гражданками. Только вот надолго ли?

Их усадили в кабинете следователя, а в соседней комнате Слепокуров вел допрос Костика. Но перед этим он поручил двум оперативникам охранять подруг.

– От кого нас охранять? – пытались возмутиться те.

– В первую очередь от вас самих! – последовал ответ. – Дадите мне подробные показания, я их запротоколирую, а потом можете идти и с какими угодно преступниками дружить. Мне уже будет все равно!

Дача показаний заняла весь остаток вечера и почти всю ночь. Слепокуров, на взгляд подруг, проявлял удивительную мелочность. Он дотошно желал знать все до последнего пунктика. И разумеется, к заре подруги проболтались ему о том, что Костика они знают всего пару дней. Причем познакомились при весьма неординарных обстоятельствах.

– Только такие доверчивые дурехи вроде вас могли подумать, что этот человек – жертва! – вопил во всю мощь своих легких Слепокуров.

– Но когда мы его впервые увидели, он был в наручниках и прикован к батарее в квартире матерого уголовника! – пытались оправдаться подруги.

– Да хоть в кандалах!

– Поставьте себя на наше место.

– Лучше вы сами перестаньте там стоять!

В общем, Слепокуров докричался до того, что у него поднялось давление и он охрип. И подругам же пришлось мчаться на поиски лекарств. А потом еще и выхаживать бледного и злого Слепокурова. Лишь к утру он отпустил подруг, присовокупив на прощание, что завтра им, видимо, придется снова встретиться.

– Может быть, не надо? – слабым голосом произнесла вконец обессилевшая Леся.

– Сам не хочу, – признался ей следователь. – Но придется! Следствие должно быть завершено любой ценой!

Кира насторожилась.

– А разве оно не закончено? Ведь мы доставили вам преступника!

– Только по эпизоду ограбления антикварного салона, – устало и непривычно тихо отозвался следователь. – Да и то вашего преступника еще предстоит оформить в надлежащем виде. Пока обвинение против него весьма шатко. И мы можем задержать его только на трое суток.

Вот и сотрудничай после этого с милицией! Они им преступника на тарелочке с голубой каемочкой, а им толкуют о каких-то статьях кодекса, по которым преступник может считаться таковым, если его вина доказана и каждое слово обвинения запротоколировано, а каждый факт в деле подтвержден документально. Возможно, это и справедливо, но явно не в отношении Костика.