– И вы… знаете, что там? Внутри?

– Ведомо что, – буркнула женщина. – Дорога.

– Куда?

– Да не куда, а откуда.

– Откуда?

– Откуда, – со значением произнесла она. – Откуда все они и явились.

– Кто? – не сдержался я.

Она не ответила, лишь глянула со страной смесью раздражения и жалости. Так взрослые смотрят на детей с их глупыми и неуместными вопросами.

Некоторое время мы пили чай молча. Я размышлял о загадочном кургане, байки о котором слышны порой даже в Петербурге. Одни болтают что в насыпи похоронено языческое божество, столь могучее, что его сила и сейчас пробивается из-под земли.

Другие верят в таежных шаманов, живьем закопанных под курган, дабы то божество сдержать. Третьи и правда болтают о пути на иную сторону. За грань. Или в саму Навь, кто его знает.

Хотя скорее все это лишь местные байки, надо же чем-то развлекаться вдали от столичной цивилизованности!

Я хотел расспросить еще, все-таки вопросов у меня накопилась целая гора, но тут дверь хлопнула, а на пороге застыл прямой и острый, как заточенное копье, силуэт.

– Дарья Игоревна, разве рабочий день уже закончился? – протяжно выдала Елизавета Андреевна, одним недобрым взглядом окинув и меня, и кухарку.

На мне задержался, и в глубине темных глаз зажглись нехорошие, прямо-таки волчьи огоньки. – Дмитрий, не хочу прерывать ваше чаепитие… – сделала она многозначительную паузу, и я едва не подавился. – Но вынуждена напомнить, что вы приехали сюда в качестве преподавателя, а не для того, чтобы точить языки с работниками!

– Да мы ж на минутку всего, Лизавета Андреевна! Дождь же. Курицы! – начала пунцовая от возмущения и стыда Дарья, я коротко ей улыбнулся, останавливая.

Шагнул к разъярённой настоятельнице, изо всех сил сдерживая желание сказать колкость. Уроки на сегодня закончились и где я провожу время – ее уж точно не касается!

Однако я лишь кивнул."

"– Непременно учту ваши пожелания, Елизавета Андреевна.

– Это не поже…

Она яростно взвилась, но осеклась, напоровшись на мой взгляд. Слова я-то сдержал, а вот все остальное не сумел. И что бы ни увидела в моих глазах настоятельница, это заставило ее не только прикусить язык, но и шагнуть назад, под дождь.

Развернувшись так, что взметнулись брызги, наставница удалилась.

Пока Дарья бормотала и краснела, я еще раз сердечно поблагодарил за угощение и ушел. Момент был испорчен, ясно, что кухарка больше ничего дельного не скажет.

Пансионат казался вымершим. Ненастье разогнало постояльцев по комнатам, как зверей по норам, в коридорах висел густой, наполненный запахом озона полумрак. В стороне учительской гостиной доносились голоса, но я туда не пошел, решив проверить слова Дарьи.

Угловая комната нашлась легко, но оказалась заперта.