Но если подойти к этому делу с умом и найти толковых людей, чтобы сохранить все в тайне, поживиться можно неслабо, на многое хватит.

— Честно сказать, с трудом во все это верится, больше похоже на сказку, — наконец-то обозначил своё отношение к моим словам граф.

Я на это только плечами пожал, а про себя подумал: «Хозяин — барин. Я дал графу шанс немыслимо разбогатеть, теперь только от него зависит, поймает он удачу за хвост или нет. Да и проверка царя на порядочность и удачливость лишней не будет. Посмотрю, как он себя поведёт, тогда и решу, можно ли с ним иметь дело. Почему-то ни капли не сомневаюсь, что обо всем, что здесь происходит, граф ему сообщит. Даже если эти сильные мира сего решат, что я сказочник, ничего страшного не случится. Разве только жаль будет потерянного времени, но я наверстаю, особенно если буду действовать без оглядки на ценные указание старших товарищей»

Естественно, эти свои мысли я не стал озвучивать графу, а вместо этого произнес:

— Думайте, ваша светлость, я уже достаточно вам сказал, и теперь только от вас зависит, возьмемся мы за мои планы сейчас, или я это сделаю самостоятельно, как подрасту.

— Мы с вами, Александр, ещё не определили доли участников, — неожиданно напомнил граф.

Я усмехнулся, подумав про себя: «Всё-таки что-то в моих словах графа зацепило». А в ответ сказал:

— Думаю, государю придётся отдать не меньше половины, причём и ценностей, добытых на галеоне, и золота, но с одним условием. Он нам в свою очередь выделит земли в указанных местах, где находятся залежи железной руды и угля, ну и поможет в приобретении земли, где мы проложим железную дорогу. Без этого участие государя теряет всякий смысл.

На этих словах гравф даже поперхнулся непроизвольно, а я добавил:

— Есть ещё немаловажный момент. В силу того, что я совершенно не хочу расстраивать маму, а она очень хочет, чтобы я получил образование, если мы начнем работать уже сейчас, придётся что-то решать с этим самым образованием.

Видя, что граф не понимают, куда я клоню, я добавил:

— Мне достаточно получить свидетельство об окончании гимназии.

В глазах у него появилось понимание, мелькнула искорка смеха, и он ответил, явно наслаждаясь моей досадой, которую я не смог скрыть:

— Нет Александр, если мы и правда решим организовать экспедицию, то в её состав возьмем грамотных специалистов, которые смогут преподавать вам нужные дисциплины даже вдали от цивилизации. По возвращении мы специально для вас устроим экзамены.

«Эта гимназия, как проклятие какое-то, никак не получается спрыгнуть. И судя по всему, граф, наверное, в силу своего личного опыта читает меня, как открытую книгу. Плохо это — быть предсказуемым, но пока простительно, а вот в дальнейшем надо над этим подумать и быть, как говорил один деятель, гибче».