Некоторые фильмы нам даже нравились, но, в любом случае, наша жизнь была пуста и нетороплива, делать нам все равно было нечего. Ирина мастерила свои магниты и какие-то поделки, игрушки из глины. Она вылепляла их, расписывала, и они получались у нее действительно милыми, но все же много времени она на них не тратила. Она, как и я, погрузилась в какое-то сонное небытие, мы перелистывали календарь и проживали дни, один за другим.

— Ты скачал что-то новое?

— Что-то про резиновую куклу. Кажется, «Ларс и реальная девушка». Трейлер забавный. И у нас еще осталось вино!

— Ты бы завязывал с вином, а? — Ирина сползла с подоконника, опершись на мою руку.

Я подхватил ее еще до того, как она меня об этом попросила. Я просто знал, что она сейчас спрыгнет, и подошел к ней. Да, мы были, определенно, похожи на старую супружескую пару, только без секса. Хотя я бы, если честно, от секса не стал отказываться. Только вот не судьба. Ирина на меня даже не смотрела.

Она все еще прихрамывала. Каждый день я возил ее в поликлинику на процедуры, два раза в неделю в бассейн, также мы гуляли. Дни были похожими один на другой, но мне это нравилось, и я бы согласился вести такую жизнь еще долго.

Однако это было невозможно, и суровая реальность грозила в ближайшее же время обрушиться на меня. У меня кончались деньги."

"Я прожил много лет, бездумно швыряя деньгами, и все же кое-какие накопления у меня были. Еще капал кое-какой процент с уже запущенных проектов, имелись вклады в банках, на счетах еще не было пусто. Но работы не было. На телевидении со мной разговаривали вежливо и холодно, давая понять, что мне не стоит даже и надеяться на милость со стороны руководства каналов.

Я был — персона нон грата, и во многом это было Димулиных рук дело, как мне удалось выяснить через доверенных лиц. Он запустил убийственный сюжет в эфир, он же пустил слух о том, что я сидел за рулем «Ямашки» совершенно пьяный, да еще и накачанный наркотиками. Всем было плевать на правду, всем нравилась такая ложь. Меня даже просили выступить с интервью, хотели устроить мое принародное распятие, но я послал всех к чертям собачьим.

— Слушай, ты не мог бы забрать деньги за мои магниты? — спросила Ирина, заставив меня вынырнуть из грустных мыслей.

— А что, тебе удалось их продать?

— У меня их оптом купили. Я дала объявление в сети, — пояснила она, пожав плечами. Я хмыкнул, спросил куда ехать. Выяснилось, что в Коньково. Я подумал, что, возможно, мне тоже есть смысл научиться делать сувениры и магнитики. Ремонт «Бентли», оплата Ирининых операций, установка штифтов, снятие штифтов, всевозможные процедуры. Оксана криком кричала, чтобы я хотя бы чеки собирал, чтобы их потом показать на суде. Опять же, суд. Я был уверен, что Ирина вступится за меня.