Кажется, в тот момент у меня была девушка, но не могу сказать с уверенностью, насколько у нас были серьезные отношения. Так бывает, что у девушек со мной отношения куда более серьезные, чем у меня с ними.

Оксанин муж был хорошим человеком, хотел простых вещей — детей, семейного уюта, отпуска в Испании. Оксана рассказывала мне о нем в промежутках между сексом. Мы так и не смогли до конца расстаться.

Когда Оксана родила сына, я уже купил квартиру, в которой живу сейчас, правда, она тогда еще стояла без ремонта и перепланировки — обшарпанная старая трешка с высокими потолками и запыленными окнами.

Узнав, что у Оксаны теперь ребенок, а это значит, что ни при каких раскладах нам не быть вместе, я снова завел себе девушку и позволил ей иметь ключи от входной двери, но на второй раз это продлилось меньше трех месяцев. Девушка Лариса была истеричной, звонила мне без устали и устраивала скандалы. Она хотела замуж и лютой ненавистью ненавидела Оксану.

— Знаю я, какая у вас дружба! — справедливо замечала она, но я, тем не менее, негодовал.

— Если ты любишь меня, должна доверять мне! — я разыгрывал из себя оскорбленную невинность, но проблема заключалась в том, что я бы сам не стал себе доверять.

Оксана то появлялась в моей жизни, то уходила, и отношения наши были странными, нечестными и неустойчивыми. Но они были самыми стабильными в моей жизни, это факт. Больше ни с кем и никогда я не продержался так долго. Наверное, по большей части из-за того, что Оксана никогда не имела на меня никаких видов. Она принимала меня таким, какой я есть, и волновалась за меня. Сейчас она волновалась, чем закончится эта история с Ириной. Она была уверена, что ничего хорошего из этого выйти не может. Но мне почему-то нравилось, что молчаливая, погруженная в себя Ирина сидит на моем подоконнике и смотрит на большую, освещенную яркими огнями дорогу именно сквозь мое окно. Наверное, потому, что Ира ни разу не попыталась ничего мне приготовить. В этом у нее с Оксаной оказалось много общего.

— Что ты там высматриваешь? — поинтересовался я, подойдя к ней. — Что-то интересное?

— Уже три ДТП, — сказала Ирина и показала пальчиком на три недвижимых пятна, разделяющих перетекающий влево и вправо транспортный поток, медленно растягивающийся по проспекту Мира.

— Ну, это мелочи, — я посмотрел на улицу через ее плечо. — Никаких повреждений, одни только поцарапанные бамперы.

— Я не понимаю, почему они не могут ехать спокойно. Какая глупость — стоять вот так часами в ожидании гаишников.

— Да уж. Хочешь, посмотрим кино? — Ирина ненавидела современное телевидение, но, как выяснилось, вполне положительно отнеслась к хорошему кино. Порой оно тоже бывало скучно, но все же не настолько.