Но выглядит несколько напряженным. То и дело посматривает на меня. За секунду, кажется, считывает мое состояние. И думает о чем-то, думает.

– Может, поделишься планами? – на выдохе произношу.

Часть вопросов закрыта. Я теперь знаю, кто стоял за всеми сливами и статьями. Осталось только понять, что мы ждем друг от друга.

Готовы ли идти дальше и пробовать снова?

– У меня много планов, – размыто отвечает.

Перевожу взгляд на его руки, которые плотно сжимают ободок руля. Тот скрипит от его силы трения.

И… улыбаюсь. Первый раз за последние дни я искренне улыбаюсь.

– Ну, для начала, куда мы едем. Ты сказал свидание?

– Именно.

И снова молчит.

Намеренно ничего не говорит.

Вспоминаю, как раньше меня раздражало его молчание. Ведь хотелось все знать и контролировать. Дурная привычка, возможно, связанная с работой. Нужно было постоянно держать руку на пульсе.

А с Максом так нельзя.

И сейчас стараюсь расслабиться, пробую довериться. Откидываюсь на спинку кресла, прикрываю глаза. Рука рефлекторно ложится на область живота.

– Я помню, что ты не совсем любишь сюрпризы, – спустя несколько светофоров говорит.

– Но ради тебя я к ним готова, – уверенно сообщаю и поворачиваю голову, чтобы хотя бы посмотреть на его профиль. Красивый, четкий.

Я же влюбилась в Кречетова с первого взгляда. Оттого и неловкой при встрече была.

Острая стрела пронзает область сердца насквозь, когда видишь абсолютно незнакомого, но красивого человека. Все тело реагирует на его близость, становишься не такой, как обычно. Неуклюжей, неловкой, говоришь всякую хрень и улыбаешься по-дурацки.

А потом все рушишь.

– А если я что-то экстремальное придумаю? – с хмыком спрашивает.

– Нет, – уверенно отвечаю, – ты сам не любитель экстрима.

Кречетов перемещает взгляд с дороги на меня и застревает на несколько секунд. За эти мгновения проносится что-то новое между нами, необъяснимое.

В груди заболело.

– Ты права. И ты не такой уж экстремал.

– И ты прав. Но ты любишь машины. И гонки. Пожалуй, это единственное, к чему ты неравнодушен.

– Кроме тебя.

– Кроме меня.

Усмехаемся одновременно. У нас вообще все получается синхронно. Будто ловим мысли другого сачком и заканчиваем их.

Никогда раньше такого не замечала.

Мы подъезжаем к дому Макса, и я теперь полностью не понимаю, что происходит."

"Смотрю то на дом, то на мужа, то вообще куда-то в сторону. По телу мандраж пробегает. Такой, как бывает перед встречей с кем-то, или перед каким-то событием. Даже подташнивать от волнения начинает.

– Я подумал, что ты не захочешь быть в таком месте, где много людей. Не лучше ли перенести свидание к нам домой?

К нам… домой…

– А что насчет того ресторана, где…

Кречетов хрипло смеется и впивается в меня темным взглядом, от которого ноги немеют и лишаются опоры.