Еще узнаю, зачем ей все это понадобилось, но пока и думать не могу о том, чтобы встретиться с ней.

Разорву же на мелкие кусочки.

– Кречетова останется работать на тебя?

– Как специалист она неплохой, – выпив бокал воды и тихо его поставив, отвечает.

Брандт взял себя в руки и передо мной снова холодный и неприступный мужчина.

Взглядом фиксирую, как мои пальцы подрагивают. Волнение от встречи никуда не делось, я все еще сижу как на иголках и мечтаю уже уйти отсюда. Оскар видит мое состояние, чувствует.

– Надеюсь, она получит по заслугам, – шепчу.

– Все мы рано или поздно получаем по заслугам.

Голос, который врывается в голову через ушную раковину и барабанные перепонки, и звучит эхом в черепе. Этот голос теперь клещами не вытянуть оттуда. А слова Оскара застряли навечно.

– Думаю, это наша последняя встреча, Оля.

Киваю.

Непонятно накатывает грусть. Как с частью жизни прощаюсь. Странной мне, чуждой, но… вроде как моей.

– У тебя на руках материал, с которым ты можешь пойти в органы и заявить на Ксению. Но решать тебе. Пока, Ольга.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Бранд аккуратно поднимается со стула, откладывает салфетку и просто уходит. Я смотрю на его широкую спину и отчетливо понимаю – это и впрямь наша последняя встреча.

Выдыхаю шумно и подзываю официанта. Брандт кроме воды ничего не просил, а я хочу оплатить свой кофе.

– Счет, будьте добры.

– Мужчина все оплатил, – официант мило улыбается, а я вновь чувствую себя предательницей.

Даже в такой мелочи Оскар не изменил себе.

Из ресторана выхожу какой-то побитой. Впрочем, это мое состояние последних дней. Я выяснила все, что хотела, поблагодарила Брандта, попрощалась и с ним, и со своей прошлой жизнью. Практически расставила все точки.

А внутри черные пустоты как дыры в космосе.

Машину Макса вижу на противоположной стороне. Не выдержал, приехал. Хорошо, что не помешал. Я уже знаю, чем закончилась их встреча в больнице, у меня под дверью.

Привязанные гири к щиколоткам превращаются в воздушные шары, когда замечаю Кречетова, выходящим из машины. Насупленный, обиженный.

Сердце исходится в нервных метаниях, когда он улыбается краешком губ. Через силу, знаю. И не представляю, что муж чувствовал, пока я была в ресторане. Макс ведь даже не знал, что я проговорила с Оскаром всего пятнадцать минут.

– Я начал думать, что ты решила сбежать, – сквозь натянутую улыбку говорит.

– Ты же знаешь, что уже без шансов на побег, – отвечаю в губы.

– А я кое-что придумал. Для нас.

Его глаза как подожженные фитили свечей. Светят, греют и чуть обжигают.

– Разрешите пригласить вас на свидание, Ольга Кречетова.

глава 36

Оля.

В машине Макс не говорит, куда нас везет.