Его кожа горячая, знаю это, даже не касаясь. Макс на грани, в ярости, и я не могу его винить. Гул биения наших сердец как удары шаманских бубнов.

– Не уходи, Ляль.

– Прости меня, – шепчу одними губами.

Я растягиваю минуты, как только могу, не хочу обрывать нас. Прошлое, как смазанная картинка, мелькает передо мной. Все хорошее и плохое отпечатывается клеймом на сердце.

Если бы я только могла что-то сделать или изменить, не побоялась бы рискнуть. Но теперь я не одна.

– Не нужно было нам встречаться, – опускаю взгляд.

Ведь не думаю так. Возможно, разозлившись на меня, ему будет проще пережить все это. Злость придает силы. Пусть лучше ненавидит, чем… любит.

– Наши отношения в прошлом, – отступаю, дышать его ароматом как втягивать ядовитые пары, которые не убьют, но жестоко ранят.

Большим пальцем трогаю безымянный, там, где должно быть кольцо, подаренное Оскаром. Но кольца нет, я сняла его, как поняла, что ухожу к Максу.

Открываю сумочку, раскрываю потайную молнию, достаю оттуда бриллиант, который мне ненавистен, и надеваю на палец.

Глаза Макса стекленеют в тот же миг. Он медленно мотает головой из стороны в сторону, все еще отказываясь верить.

Наша история могла быть романтичной, про тот второй шанс, который выпадает немногим. Я представляла, как буду рассказывать об этом своим детям, потом внукам.

Не вышло. У нас не было второго шанса.

– Ты все равно ко мне вернёшься, Оля, – упрямо заявляет. А у меня колени дрожат от его властного голоса.

– С чего бы это? – упрямо вскидываю подбородок.

Пожалуйста, Макс, не надо. Отпусти.

– Потому что я так решил!

– Мне жаль тебя расстраивать, но я выхожу замуж. И вообще… беременна от другого!

Лицо Макса искажается от злости, а рука с силой сдавливает мой локоть.

– Ничего страшного. Он сможет навещать твоего ребёнка. Если я, конечно, ему позволю.

– Прекрати! – кричу что есть силы.

Слезы градом идут, сыплются из глаз и жалят кожу.

– Мы в прошлом!

Говорю то, отчего судорога по телу проходит. От этих слов язык опухает, и до сих пор сложно поверить, что я это сказала. Прямо глядя ему в глаза.

Мне больно. Но еще больнее оттого, что происходит сейчас с Максом. И если можно ненавидеть себя еще больше, то это именно тот момент.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Одновременно звонит его телефон, мой. Мелодии разные, но очень громкие. Все эти шумы возвращают нас в реальность, где мы переживаем последние моменты вместе. Ужасные моменты, которые хотелось бы вычеркнуть.

– Я хочу, чтобы ты был счастлив.

– Без тебя не получится, Ляль.

Выхожу из квартиры под его испепеляющим взглядом. Спина горит до сих пор, а ноги еле-еле отрываются от земли.