Господи, как глупо и как смешно – застать мужа с любовницей, когда ищешь соленые огурцы! А потом все-таки приготовить чертов оливье и перевернуть его на голову Эммы. Кому сказать, не поверят!

Я смеюсь. Размазываю по щекам слезы и хохочу в голос, вместе с Юрой, который сразу подхватывает мое веселье.

У него для этого свои поводы, у меня свои.

На секунду мне даже становится… нормально, я почти забываю то, что видела в подсобке ресторана, почти перестает болеть и пульсировать в висках, но все заканчивается вместе с бликом света в окне. Это Стас выключил фары своего БМВ."

"Все внутри сжимается. Я даже не замечаю, как напряжена, пока меня не окликает Юра:

- Рит, расслабься. Это ж не волк, а просто Волков, твой муж. Косячный, ну какой есть, поговорить все равно надо.

Киваю. Надо. Но можно не сегодня? Я просто не вывезу всего за один раз.

Но судьба снова показывает, что я не ее любимчик. Проходит пять минут, как ручка дергается и на пороге появляется Стас. Он обводит нас непонимающим взглядом, уголки его губ дергаются вниз, как у скалящегося зверя.

- А я вас потерял, Юр, спасибо, что доставил мою жену домой.

- Всегда, пожалуйста, старичок.

Юра отставляет в сторону кружку с кофе, судя по черной жиже, он даже глотка не сделал. Встает, жмет мужу руку, хлопает его по плечу, мол, все понимаю, старик, держись и прочее и, посмотрев напоследок на меня, уходит.

Становится гадко. Какая замечательная группа поддержки у моего Стасика. И лучший друг, и сын, и Эмма, наверняка, тоже на его стороне.

Они все за него. И значит против меня.

Я еще смакую эту мысль, как происходит страшное. То, чего никак не ожидало подсознание, и потому приходится моргать, чтобы убедиться, что все это не сон.

Стас опускается на колени, глаза в пол:

- Простишь?

Глава 3

Я как пугало, замираю посреди кухни, даже руки так же нелепо висят внизу и не шевелятся. Он что, сейчас серьезно? Он не понимает, что делает только хуже?

Видимо нет. И чтобы добить меня окончательно, Стас ползет в мою сторону и обхватывает меня за бедра, дышит прямо в живот, обдавая кожу жаром и говорит, говорит, говорит…

Пальцы непроизвольно опускаются на косматую макушку, волосы все такие же жесткие, все так же пахнут сандалом и кофе. Если не вглядываться, то все как обычно, и от этого становится страшно. Потому я знаю точно: как раньше уже не будет.

Даже если я найду в себе силы простить измену - не будет и все.

Стас поднимает на меня серые, как грозовое небо глаза, в них злость и отчаяние, от которых сжимается сердце:

- Рита, просто прости.

Просто… С чего он взял, что это «просто»?

Закусываю губу, мотаю головой, так что волосы налипают на мокрый лоб. От нервов я всегда потею, и сейчас чувствую, как все тело покрывается испариной. Мне жарко, и в тоже время я дрожу, как при ознобе.

- Не надо, Стас. Пожалуйста.