Составляя завещание, он не мог знать, что девушку убьют, а потому, по логике, должен был отписать все свое имущество сироте, которую помогал воспитывать. И вместо этого завещал все директору интерната, в котором доживал свои дни?"

"– Ну да. А что тут странного? – В свою очередь, удивился Сыркин. – Так многие делают. Ты же видишь, у нас на государственных харчах сильно не разбежишься. Пенсии у всех маленькие, после выплат государству за пребывание остаются совсем копейки. Вот многие, кто одинок, и продают свое имущество, чтобы оплачивать свое пребывание по коммерческой цене.

Ты не думай, это не мне в карман идет, все по прайсу и через бухгалтерию. Отдельная комната, как у Валевского, специальное питание, сотовая связь, любые книги или вещи, которые нужны. Деньги кладутся на особый счет, с него по написанному распоряжению все оплачивается.

– А завещание тут при чем?

– Да при том, что для того, чтобы реализовать то старье, которым Валевский владел, время нужно. Город у нас маленький, покупателя так быстро не найдешь. Сначала, когда он в интернат переезжал, он квартиру продал и на эти деньги здесь жил. А уж когда они заканчиваться стали, задумался о том, чтобы и все остальное продать, но болел уже сильно.

Практически не вставал. Поэтому мы с ним и договорились, что у нотариуса завещание оформляем на меня, чтоб, случись что, тылы были прикрыты и можно было искать покупателя не торопясь.

– Нашли?

– Что? Нет. Когда Николай Петрович квартиру продавал, то, конечно, быстро все получилось. У него двушка была в самом центре, ее с руками оторвали. Он тогда Вике немного денег дал, чтобы девочка могла одеться-обуться. А остальное пустил на свое содержание и платное медицинское обслуживание.

А сейчас он выставил на продажу земельный участок. Заброшенный, бурьяном заросший, там даже домика никакого нет, да еще и на окраине. Вот никто и не покупал. Последние пару месяцев пребывание Николая Петровича в привычных условиях уже я оплачивал. Между нами, конечно. Вот на этот случай он завещание на меня и оформил. Через нотариуса, все как положено.

– Благородно, – не смог не признать Погодин. – Ну, раз ты – законный владелец всего имущества Валевского, то пошли, посмотришь, что именно я возьму. Обещаю вернуть в целости и сохранности.

– Андрюх, – Сыркин сложил пухлые ручки на своей широкой груди, – у меня работы за край. Хозяйство-то большое. Ну некогда мне смотреть, как ты хлам стариковский разбираешь. Возьми, что считаешь нужным, потом вернешь, если захочешь. Мне там ничего не надо. Все равно это все на помойку нести.

– И книги с тетрадями?

– Ну, книги в библиотеку. А тетради… Кому они нужны теперь, когда старика не стало?

– Говорят, он носился с идеей утерянную часть Варлаама найти, – сделал «вброс» Погодин.