Луговкин, как старший по званию, отдал распоряжение кивком головы, сам двинулся правее, Красников ушел левее, и это вызвало у «крапового» капитана, который часто оборачивался, дополнительное беспокойство. Он еще несколько раз точно так же, как вначале, выстрелил навскидку, даже не останавливаясь и не пытаясь прицелиться, словно просто отгонял преследователей от себя этими выстрелами. Но они его стрельбы нисколько не боялись. Потом капитан, в очередной раз выбрасывая руку с пистолетом за спину и полуооборачиваясь при этом, споткнулся о камень и упал головой в дерево. Удар, видимо, был достаточно сильным, потому что подняться Валтузин сумел не сразу. К инерции движения он добавил собственный немалый вес, и получил в итоге достаточно сильный нокдаун. И только после этого капитан отбросил пистолет и остановился, перевел дыхание, и повернулся к преследователям лицом. До них оставалось метров сорок. Выждав, когда они наполовину сократят дистанцию, Валтузин с какой-то истеричностью сбросил с себя сначала передний рюкзак, потом рюкзак из-за спины, и расправил уставшие плечи. По лицу его сбегала кровь. Дерево, с которым он столкнулся, оказалось на удивление крепким и не сломалось. Череп тоже уцелел, но кожа была содрана, и кровь текла на лицо. Вытерев ее локтем, капитан шагнул вперед, принимая стойку бойца-рукопашника.

– Подходи... Убивать буду...

– Ну, попробуй, – спокойно ответил Красников, стойку не принял, но шагнул к капитану.

– Догнали, товарищ подполковник. Этот дурак с Красниковым драться хочет...

– Осторожнее, у него нож, – предупредил Гризадубов. – Капитан не стесняется подличать...

Красников перебросил свой автомат снайперу."

"Внешне у лейтенанта не было никаких шансов в схватке с таким великаном, как «краповый» капитан. Тем более что тот был без бронежилета, лейтенанту же бронежилет стеснял движения, поверх него еще и «разгрузка» надета, а карманы «разгрузки» набиты и рожками для автомата, и еще всякой тяжестью. И Валтузин, видимо, понимал это. Трудно сказать, на что он надеялся, когда рядом стоял второй противник, вооруженный снайперской винтовкой и автоматом товарища. Но, похоже, какую-то возможность к спасению капитан в этой схватке все же видел, иначе продолжал бы бегство. Может быть, он надеялся захватить заложника, которым можно было бы прикрыться и продолжить бегство, может быть, еще что-то, но действовать он начал активно, едва лейтенант приблизился. И активность эта выразилась в попытке удара ногой в голову.