Потом я посмотрел его картины в альбоме… А она их увидела еще до нашего знакомства! Сама, никто не подсказывал. И поняла суть, узнала, узрела!..
– И ты решил – к тебе явилась богиня?
– Явилась, пришла сама…
– И космы ее достойны золотого венца?
– В тот миг они были достойны…
– Ты расчесал ее волосы…
– Расчесал…
– Что же ты всадил гребень себе в ладонь? Хотел удержаться от земной плотской страсти?
– Хотел удержать ее.
– А твою деву не удержала даже кровь!
– Но она так похожа! Искала меня, приносила цветущий кактус… Не мог я ошибиться! Все говорило – это она!
Дара встрепенулась, в темноте заблестели глаза – хотела сказать что-то сокровенное, важное, однако лишь вздохнула.
– Ты съел на Таригах слишком много соли. И утратил все иные вкусовые ощущения. В истоке реки Ура это происходит со всеми отроками. И отроковицами. Поверь, я это знаю…
– Откуда?
– Училась там, в институте благородных девиц.
Среди сколотов существовала легенда, передаваемая из поколения в поколение, будто под Таригами есть еще одна пещера – эдакий девичий монастырь со строгим уставом, где воспитывают будущих Дар.
Года через два-три, с окончанием периода воспитания чувств, вместе с наивной юностью сколоты утрачивали веру в легенду и все эти манящие звуки разом исчезали.
– Нет там никакого института, – отозвался он не совсем уверенно.
Она снисходительно и печально улыбнулась:
– А мы со временем убеждались, что вас там нет. И ваши голоса в Пещере Слез – иллюзии, слуховые галлюцинации, акустические особенности подземных пустот…
– Значит, мы с тобой однокашники?
Наверное, Зазноба истолковала его слова по-своему и тотчас поставила некий возрастной заслон.
– Намечтаете себе там невесть что! – заговорила она с учительской ворчливостью.
Сколот послушал крик птицы.
– Все равно остались сомнения… Понимаешь, если она лишена памяти, может красить волосы, вставлять линзы, менять имя…
– Тебя обманули. Ты ошибся, а за ошибки надо нести наказание.
Комментарии
Добавить комментарий