Да так махал, что к нему долго никто не решался подойти. Блатные посмеялись и отстали от «психованного». А Киря и в самом деле был на грани нервного срыва. Он очень боялся, что его хотят «опустить» и сделать самым бесправным, сексуальной игрушкой для похоти блатных. Случалось и потом защищаться. Уже на воле. Правда, убивать никого ему не доводилось, но кровь на своей финке ему видеть приходилось.

Михая Киря увидел издалека. Все как договаривались! Михай, коренастый мужчина в ладном клетчатом зимнем пальто, покуривал папиросу, театрально отставляя локоть. В опущенной руке он держал потрепанный портфель с двумя замками.

Здесь, у входа в универмаг, было людно. Толпились менялы со старыми галифе, ношеными хромовыми сапогами, вязаными носками и другим барахлом, которое намеревались обменять на пачку махорки, на сахар, крупу, соль. Между ними протискивался другой люд, который шел в универмаг в надежде, что сегодня вдруг выбросят чего-нибудь из продуктов или из одежки к Новому году. Прошел слух, что должны были завезти валенки фабричной катки.

Киря осмотрелся, остановившись у дощатого забора. Вроде все обычно. Он сам не мог понять, чего больше боялся: милиционеров или блатных.

Милиционеров бояться вроде бы и резона нет. Не крал он это золото, а просто подобрал. Всегда можно заявить, что нес в отделение сдавать находку. Сразу не пошел, так решил сначала пивка в ларьке выпить. С блатными сложнее, но и там отмазка хорошая. Он же ни у кого не крал, просто взял, что осталось после того, как двое ухарей друг друга замочили. Так чего добру пропадать? Успокоив себя подобными размышлениями, Киря Батон двинулся к Михаю.

Михай, судя по тому, что о нем говорили, делец был толковый и шустрый.

Связи имел по всему Советскому Союзу. По своим связям мог найти покупателя хоть в Америке, хоть в Африке, хоть у черта на куличках. И брал за свою помощь недорого. С Кирей он вообще договорился так, что свое вознаграждение возьмет с покупателя. Тот оказался очень щедрым коллекционером. Увидев Кирю, Михай солидно кивнул, бросил окурок под ноги, раздавив его носком сапога, и пошел, помахивая портфелем, вдоль окон универмага к грузовому двору. Настороженность спадала. Киря верил рекомендациям, хотя он и не отдавал себе отчета в том, что по большому счету толком не знал тех людей, которые рекомендовали ему Михая. Да и сейчас в людном месте он не опасался обмана. Отойдут в сторонку, Киря покажет «рыжье», Михай покажет деньги, обменяются свертком и портфелем. И разойдутся.

Кирю немного трясло от предвкушения приличного вознаграждения. Вот они денежки, в том портфельчике. Он все правильно сделал и теперь может как сыр в масле кататься. И невдомек было неудачливому крадуну, что такие дела так не делаются. Все обставляется иначе.