Вдруг ошибаюсь? Вдруг все изменится?

– Жень?

– А?

– Все хорошо? – обеспокоенно заглядывает Шмелев мне в глаза, уводя чуть в сторону на очередном пролете.

– Перенервничала, – заставляю себя улыбнуться. – Не хочется, чтобы считали… ну, что у нас с тобой все несерьезно.

Договорив фразу, нервно закусываю губу. Дурочка. Он разве говорил, что у нас все серьезно?

Не давая ему возможности заговорить, продолжаю сбивчиво трещать дальше:

– То есть я не знаю, как все получится, я вообще другое хотела сказать! Тебя часто в колледже видели с девчонками, я же не зря называла их бабочками-однодневками, ты ведь понимаешь? Мне было так неловко сейчас, а больше всего почему-то переживала, что все подумают – я такая же.

Ярик наклоняется и целует меня. Скользит рукой на затылок, прижимает к себе крепче.

– Я понимаю, Жень. У меня идиотская репутация, извини за это. Я думаю, они сами все увидят, когда пройдет два дня, а мы все еще будем вместе.

– Шмелев! – шлепаю его по спине ладонью. – Такой ты дурак.

– Твой дурак, Жень. Перестань, пожалуйста. Нам и так было не очень просто, давай не будем думать еще о каких-то стервятниках из колледжа?

Киваю и удивляюсь тому, насколько это простой совет.

И как все-таки сложно будет ему следовать.

Подходим к аудитории и останавливаемся у дверей. Они закрыты, значит, пара уже началась. Ярик снова сжимает мою ладонь, спрашивает:

– Это уже не так страшно, верно? Это же наша группа.

– Да. Именно они видели лучше остальных, как сильно мы друг друга ненавидим, – фыркаю.

– Черт, я не подумал.

– Видимо, в ближайшее время нам нужно перестать думать.

Стискиваем ладони и заходим.

– Шмелев, – обличительно выдает препод, – снова опаздываем?!

Ярик обворожительно улыбается:

– Здравствуйте, Антон Палыч!

Математик собирается продолжить его отчитывать, но вдруг видит меня:

– Гольцман? Проходите. Только быстро.

– Ты за этим со мной встречаешься? – шепчу я, пока мы идем по проходу к своим местам.

– Именно."

"Я поднимаю взгляд и вижу, как вся группа, словно единый организм, засекает наши переплетенные пальцы и начинает это обсуждать. Алина округляет глаза и практически подпрыгивает на месте от нетерпения.

Тит ухмыляется, подпирая голову ладонью. Явно наслаждается тем, что видит. И тем, что сам уже в курсе происходящего. Снова краснею и смущаюсь, но переношу это уже легче. Около моей парты Яр быстро целует меня в висок, что, несомненно, видят все остальные, и садится сзади.

Я достаю тетрадь на кольцах, пенал с ручками. На Харитонову стараюсь не смотреть, потому что она точно изрешетит меня вопросительными взглядами.