Взгляд его опускается туда, где напряженные соски натягивают ткань домашней одежды…

– Давай так: я рассказываю тебе про Ирину, а ты выполняешь одно мое желание.

Глава 48

У меня даже рот приоткрывается от такой наглости.

Я, видимо, слабо представляю себе насколько отодвинуты границы реальности у Воронцова.

– Не представляю, зачем бы мне слушать про какую-то там Ирину? Да еще и расплачиваться за это непонятно чем! Мне это вовсе ни к чему.

– Ой ли? – посмеивается Виктор и смотрит на меня так, будто знает обо мне что-то, о чем я сама не в курсе.

– Именно!

– Соглашайся, Варвара, – продолжает искушать он.

Воронцов с ума сошел? Хочет рассказать про свою новую любовницу, женщине, с которой переспал несколько дней назад? Он серьезно думает, что это хорошая идея?

– Для затравки скажу, что между мной и Ириной только платонические отношения, хоть и очень бурные, – словно читая мои мысли, подливает масла в огонь Виктор.

Платонические, но бурные? Это как? Секс по телефону? Или того хуже – романтическая влюбленность, когда только за ручки держатся?

Я окидываю Воронцова недоверчивым взглядом.

Ну нет.

Он на такое не способен.

Виктор с первой встречи сразу тянется ухватить за грудь.

Любопытство начинает нездорово чесаться. Я успешно с ним борюсь, пока Воронцов не делает очередную подначку:

– У меня будет очень приличное желание, Тронь. Даже тебе нечего будет мне предъявить. Соглашайся.

Ну, может, я и имею право знать, что за женщина мне угрожает…

Уловив мои сомнения, Воронцов не дожидается моего согласия и начинает рассказ.

– Ирина – моя бывшая теща, – огорошивает меня он.

– Бывшая теща? – недоуменно переспрашиваю я, не очень понимая, зачем бы ей мне угрожать.

– Да. Уверен, что Екатерина не удержалась и рассказала тебе историю краха моего брака.

Я неопределенно повожу плечом. И врать не хочется, и Екатерину сдавать тоже.

– Так вот, – продолжает Виктор, – бракоразводный процесс у нас с бывшей женой был нелегкий. Затяжной, со всем вытекающим дерьмом. Эстель осталась со мной за нехилые отступные, но видеться с дочерью я Гале не запрещал никогда. И ее бабушке тоже. Ирина этим воспользовалась для того, чтобы подставить меня и шантажировать. Выставила мне условие: или они отсудят ребенка и лишат меня родительских прав, или я повышу, скажем так, содержание Гали.

Ее потенциальный новый муж почему-то не спешит удовлетворять хотелки будущей супруги в тех объемах, что она привыкла.

– Разве это так легко – лишить родительских прав? – с замиранием сердца спрашиваю я. Ведь мама – даже не родитель, она опекун Тимошки…

– Смотря кто и с какой целью действует. У меня достаточно бабок, и я откупился... А на Галю… нашел управу. Сама она ко мне больше не полезет. Это уж точно. Хотя Тиль могла бы и навестить.