Прокручиваю эту мысль в голове ещё раз и вздыхаю, смиряясь с открытием. Да. Точно. Люблю, ещё как. А ещё он мой муж, а не какой-то там приятель с паралельного потока, поэтому я готова сражаться за своё счастье руками и выгрызать его зубами. Но как? Я не знаю, не умею... я вообще не понимаю, что в таких ситуациях делать!

Поэтому начинаю с банального - с готовки. Ничего сверхъестественного, просто любимая Юркина каша на завтрак.

Впрочем, оказывается, секс на завтрак он любит больше. Я стою в душе, смываю молочные разводы со спины и мне хочется улыбаться. Определённо, мой муж не планирует со мной расставаться!

В клинике работа поглощает с головой.

Как простодушно заявляет баба Нюра - на толчок отойти некогда. Конец месяца, инвентаризация медикаментов, внезапная и непонятная аллергия сразу у троих пациентов. Как выясняется позже - на духи Семёновой. Та хвасталась, что французские, дорогущие, но по факту так воняющие, что удивительно, как это только тремя пострадавшими обошлось.

Сижу, заполняю ведомости, слышу шум от двери. В кровь как адреналина впрыснули, сразу понимаю - муженёк явился пожелать мне хорошего рабочего дня.

Отрываюсь от экрана, улыбаюсь. Любимый мамонт улыбается в ответ, подрывается ко мне, стискивает в объятиях. Всё быстро, стремительно, но я успеваю увидеть в его глазах грусть с виной. Стопроцентно Геннадьич всё рассказал!

Жмусь к широкой мамонтовой груди в ответ, купаюсь в его запахе. Он заставляет меня задрать голову вверх, осыпает лицо какими-то безумными поцелуями. Сердце обволакивает теплой волной понимания - да ведь он тоже боится меня потерять!

Обнимаю за шею, для чего приходится встать на цыпочки. Трусь носом о заросли на подбородке (ну, куда достаю).

Ловлю взгляд виноватых карих глаз и тараторю, быстро, взахлёб, словно боясь не успеть до того, как меня прервут.

- Юр, ну ты же понимаешь, что не виноват? Я не сержусь, смотри, совсем не капельки! Нет твоей вины, что тебя опоили, делали что-то против твоей воли. Ты не стал от этого хуже, я тебя любить не перстала, не считаю грязным изменником или развратником...

Говорю, говорю и чувствую, что слёзы сами текут по щекам. Всё верно. Всё до последнего слова. Только это я не про Юру, это я про себя. Это себя я винила во всём случившемся с Арсением, это я чувствовала себя грязной и использованной.

И сейчас, вроде утешая Юру, я на самом деле утешаю себя. Это я себя наконец убедила, что нет, я не стала хуже, я всё так же заслуживаю любви. Понимаю это - и со спины словно падает тяжеленный камень, на душе становится легко-легко. Размазываю слёзы по щекам, смотрю глаза в глаза, улыбаюсь, криво, самыми уголками рта, но искренне. Жаль, не могу описать всего того, что творится сейчас в моей душе, всей этой эйфории, чувства освобождения.