Через пять минут мы уже согреваемся чаем с миндально-ванильным вкусом ликёра и раскрываем вожделенную багряную коробку: квадратные, круглые, треугольные, ромбовидные и в форме звёздочек, чёрные, белые, алые, присыпанные дроблёными орехами или украшенные орехами цельными, а так же кружевами из шоколада и мармеладными на вид тёмно-бардовыми, жёлтыми и зелёными пластинками. Изумительно сильный запах смешивается с ароматами миндаля и ванили.

Нам с Никой уступают право выбрать конфеты первыми, и я на миг теряюсь, а потом беру сердечко с орешком. Розовая глазурь по вкусу напоминает малину, орех – миндаль, и всё это с шоколадом и нежной начинкой из чего-то среднего между карамелью и сгущёнкой.

Теперь понимаю, почему Ника так их хотела, это же… это… словами не передать, какая вкуснотища!

Восторг прорывается блаженными восклицаниями:

– Мм…

– О…

– Они и правда такие вкусные, как о них говорят.

– Я за такие убить готова.

Мне достаётся тёмная с кокосово-кофейными нотками, ромбик с пряной начинкой и одна с апельсиновым подобием мармелада. Для четверых коробка непростительно маленькая! Но оно и к лучшему: конфеты сытные, а о фигуре забывать нельзя.

Только вот когда сладости кончаются, нам вроде как и поговорить не о чем. Точнее, Нику засыпают вопросами о занятиях менталистикой с её вампиром, нюансах тренировок, а на меня Элида и Розалинда поглядывают и даже вроде хотят заговорить, но не решаются.

Не зная, чем себя занять, оглядываюсь по сторонам: на одной из кроватей покрывало не общежитейское, а сшитое из цветных лоскутков. На стенах несколько пейзажей акварелью с видами на маяк и какой-то разрушенный замок.

На секретере Розалинды одна из книг поставлена вертикально, и с неё на нас смотрит громадная пасть на человеческих тонких ножках. Руки тоже вроде человеческие, но как-то странно вывернуты, будто на них снизу смотришь. Кинжальные зубы, непропорционально велики.

– Это порождение Бездны, – внезапно поясняет Розалинда.

От неожиданности я чуть не вздрагиваю: мне казалось, она с Никой продолжает обсуждать роль совместной медитации в развитии ментального дара.

– Те самые порождения Бездны, которых призывают фанатики Культа, – уточняю я, и это окончательно убивает щебетание Ники и Элиды. Все трое смотрят на меня, будто я первая затронула неприятную тему.

– Они самые, – кивает Розалинда. – Мы должны были на следующем этапе обучения писать по ним развёрнутый доклад, а из-за всех этих нападений нас заставили проходить тему раньше.

– Чтобы были готовы, – я крепче стискиваю чашку. – Это разумно.